Читаем Вне подозрений полностью

— Да, как эта грязная свинья! — Джойс коснулась перевернутого крестика, чтобы успокоиться. — Но, конечно, я не могла рассказать вам больше, чем рассказала полиции, о том, где действительно была в ночь смерти миссис Тейлор. Какой толк от меня и от учения моего Повелителя, если все уверены, что я говорю правду? Поэтому я согласилась сказать то, что вы мне велели. В суде был ужасный момент — вы заметили, как я расстроилась? — когда Алиса поведала о хлопавшей двери. Конечно, я думала, что не убила Дика, но меня могли связать с нашими священными ритуалами в часовне.

— Знаете, — сказал Батлер, — я бы хотел прочитать ваши мысли.

Джойс склонилась вперед — выражение ее лица не имело ничего общего с мыслями об убийстве.

— А я бы хотела прочитать ваши, — сказала она.

Эта женщина обладала поистине гипнотической или наркотической притягательностью. «Мы будем спасены через плоть», — гласил ритуал черной мессы. Какой-то момент Батлер боролся с наваждением.

— Я имею в виду… — Он оборвал фразу. — Полиция подозревала вас с самого начала. Через неделю вас арестовали, а до того вы находились под наблюдением на случай, если вы нанесете кому-нибудь визит. Вы пытались связаться с кем-то по телефону?

— Я звонила Китти. Дик сам привлек ее в секту, но она любила меня. Я спросила Китти, вернулся ли мистер Реншо. Китти ответила, что нет, но что он обязательно вернется до конца недели. Я предупредила ее, что воду в том графине нельзя менять ни под каким видом.

— Так я и думал! — воскликнул Батлер. — Вы не могли позвонить Китти и не осмеливались увидеться с ней после ареста. Но вам позволили читать газеты, а в них не было ни слова о смерти Реншо. Естественно, вы решили, что воду вылили, что вполне могло случиться.

— О да. Я боялась, что он не умер…

— Иными словами, вы считали себя невиновной. Сознание вины никогда вас не тревожило. Про себя вы могли негодовать на иронию судьбы и ее несправедливость, как делали вслух в разговоре со мной. Но — разрази меня гром, как говорит один мой друг — больше ничего вас не беспокоило. Если бы кто-то мог записать ваши мысли в тюрьме и во время процесса, то в детективном романе они выглядели бы абсолютно честными. Но не после суда, когда любая дневная газета сообщила бы вам о смерти Реншо.

— Что за странная фраза! — улыбнулась Джойс. — Но меня ужасно к вам влекло. Мне хотелось быть рядом с вами. А разве вы никогда не находили меня привлекательной?

Батлер, мысленно сражавшийся с тенями, поднялся с кресла.

— Я видел вас во сне прошлой ночью. — Признание вырвалось у него помимо воли.

Девушка тоже встала. Они стояли так близко, что могли коснуться друг друга. Джойс придвинулась еще ближе.

— Вот как? И что же именно вы видели?

— Во сне я целовал вас, как до того целовал Люсию.

— Только целовали? — пробормотала Джойс. — Какие же у вас скучные сны.

— А когда я обнимал Люсию… — желание обнять Джойс было почти непреодолимым, — то думал о вас.

Розовые губки скривились.

— Почему?

— Потому что в глубине души я знал — или можете назвать это каким угодно дурацким современным термином, — что вы убийца, и я должен вас забыть. Но до сегодняшнего вечера я не догадывался, что вы занимались массовыми отравлениями ради прибыли, хотя мы вышли на след сатанистской секты в первый же вечер после вашего оправдания.

Любое упоминание о секте, факт существования которой Джойс стремилась сохранить в тайне, даже рискуя жизнью, сразу делало ее холодной и настороженной.

— Вы сказали «мы». Кто вышел на след, кроме вас?

— Честное слово, дорогая, я выразился фигурально! Никто не знает о секте, кроме меня.

Джойс облегченно вздохнула.

— Так о чем вы говорили?

— Я отправился в дом Люсии в Хампстеде и обнаружил там черный свечной воск и перевернутые кресты, а также услышал упоминание о красных подвязках…

Во время короткой паузы в голове у него промелькнуло все, что доктор Фелл говорил ему тем вечером.

Прибыв в дом Люсии во вторник вскоре после Батлера, доктор Фелл уже понимал подлинный смысл происходившего в суде. «Сэр, должным образом никто не обдумал доказательства». «Обе стороны смотрят на ветки в поисках корней и роются под землей в поисках веток». Джойс Эллис была невиновна в смерти миссис Тейлор, потому что ее не было дома. Где же она была? Джойс бы объяснила это, не будь ее миссия настолько смертоносной, что она не осмелилась рисковать, пускаясь в объяснения. Что это за миссия? Ну, Уильям Гриффитс заявил, что из банки взяли две большие дозы сурьмы… «Не могу сказать, что я был удивлен, услышав потом об отравлении мистера Реншо, — промолвил доктор Фелл. — Я ожидал, что кто-то будет убит. Это было, по крайней мере, вероятным!»

Но доктора выбило из колеи, заставив бормотать, стонать и корчить гримасы, заявление Люсии, что графин с водой, убившей Дика Реншо, был ополоснут и наполнен заново перед его смертью. Значит, Джойс не могла это сделать…

Пробудившись от размышлений, Батлер снова обратился к девушке:

— Однако версия, что вы не могли отравить Реншо, так как находились в тюрьме, была опровергнута после обследования графина на столике у его кровати.

— Каким образом?