Читаем Вне насилия полностью

Чтобы наблюдать за умом — умом, который болтает, конструирует идеи, живёт в противоречии, в постоянном конфликте и сравнении, — я несомненно должен быть очень спокоен. Если мне надо услышать, что вы говорите, я должен отдать этому свое внимание, я не могу болтать и думать о чём-то ещё, я не должен сравнивать то, что вы говорите, с тем, что я уже знаю, я должен слушать исключительно вас; ум должен быть внимательным, безмолвным, спокойным. Настоятельно необходимо отчётливо видеть всю структуру насилия; и наблюдая насилие, ум становится совершенно спокойным — у вас нет необходимости «культивировать» спокойный ум. Культивирование спокойствия ума предполагает наличие того, кто культивирует — в поле времени — то, чего он надеется достичь. Поймите трудность. Те, кто пытается учить медитации, говорят: «Контролируйте ваш ум — сделайте его абсолютно спокойным». Вы стараетесь контролировать его, и вы без конца сражаетесь с ним, затрачивая на это лет сорок. Наблюдающий ум не контролирует и не ведёт нескончаемой борьбы.

Сам акт видения или слушания является вниманием; упражняться в этом вам совершенно не нужно — начиная упражняться, вы тут же становитесь невнимательным. Вы внимательны, а ваш ум не стоит на месте; позвольте ему блуждать, но знайте, что это — невнимание; осознание этого невнимания есть внимание. Не боритесь с невниманием; не пытайтесь говорить себе: «Я должен быть внимателен», это несерьёзно. Знайте, что вы невнимательны; осознавайте без всякого выбора, что вы невнимательны — что из того? — и когда в этом невнимании появляется действие, осознавайте это действие. Понимаете? Это так просто. Если вы делаете это, все становится таким прозрачным, прозрачным как вода.

Безмолвие ума — само по себе красота. Слушать птицу, голос человека, речь политика или священника, весь непрерывный шум пропаганды, слушать в полном безмолвии — это услышать гораздо больше, увидеть гораздо больше. Такое безмолвие невозможно, если ваше тело также не находится в полном покое. Организм, со всеми его нервными реакциями — суетой, постоянным движением пальцев, глаз, со всей его неугомонностью, — должен быть абсолютно спокоен. Пытались ли вы когда-нибудь посидеть совершенно спокойно, без малейшего движения тела, в том числе и без движения глаз? Посидите так две минуты. За это время вам откроется всё — если вы умеете смотреть.

Когда тело спокойно, приток крови к голове увеличивается. Но если вы сидите сгорбившись, небрежно, то кровь поступает к голове с гораздо большим трудом — вам следует знать всё это. Но с другой стороны, вы можете делать любое дело — и при этом медитировать; в автобусе или за рулём машины (самое удивительное, что вы можете медитировать даже управляя машиной) будьте внимательны — вот что я имею в виду. Тело обладает своей собственной разумностью, которую мысль разрушает. Мысль ищет удовольствия, и в этом поиске она приводит к потворству своим желаниям, к перееданию или к сексуальной невоздержанности; мысль заставляет тело делать определённые вещи, и если тело лениво, мысль принуждает его не лениться или предлагает принять пилюлю для поддержания его бодрости. Тем самым врождённая разумность организма разрушается — и тело становится нечувствительным. Человеку необходима большая чувствительность, поэтому ему приходится следить за питанием — человек знает, что получается, если он переедает. Когда есть большая чувствительность, есть и разумность, а поэтому и любовь; любовь тогда — это радость и пребывание вне времени.

Большинство из нас испытывает физическую боль — в той или иной форме. Обычно эта боль беспокоит ум, который проводит дни, даже годы, думая о ней — «Как я хочу, чтобы у меня её не было»; «Буду ли я когда-нибудь от неё свободен?» Когда тело испытывает боль, следите за ней, наблюдайте её, не давайте мысли вмешиваться.

Ум, включая рассудок и сердце, должен быть в полнейшей гармонии. Теперь, в чём же смысл всего этого — такого рода жизни, такого рода гармонии, что хорошего она привносит в этот мир, в котором так много страдания? Если один или два человека живут такой возвышенной экстатической жизнью, какой в этом смысл? Но какой смысл в этом вопросе? — в нём никакого смысла. Если это необычайное входит в вашу жизнь, тогда оно — всё; тогда вы становитесь учителем, учеником, вашим ближним, красотой облака — вы являетесь всем этим, и это — любовь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Соборный двор
Соборный двор

Собранные в книге статьи о церкви, вере, религии и их пересечения с политикой не укладываются в какой-либо единый ряд – перед нами жанровая и стилистическая мозаика: статьи, в которых поднимаются вопросы теории, этнографические отчеты, интервью, эссе, жанровые зарисовки, назидательные сказки, в которых рассказчик как бы уходит в сторону и выносит на суд читателя своих героев, располагая их в некоем условном, не хронологическом времени – между стилистикой 19 века и фактологией конца 20‑го.Не менее разнообразны и темы: религиозная ситуация в различных регионах страны, портреты примечательных людей, встретившихся автору, взаимоотношение государства и церкви, десакрализация политики и политизация религии, христианство и биоэтика, православный рок-н-ролл, комментарии к статистическим данным, суть и задачи религиозной журналистики…Книга будет интересна всем, кто любит разбираться в нюансах религиозно-политической жизни наших современников и полезна как студентам, севшим за курсовую работу, так и специалистам, обременённым научными степенями. Потому что «Соборный двор» – это кладезь тонких наблюдений за религиозной жизнью русских людей и умных комментариев к этим наблюдениям.

Александр Владимирович Щипков

Религия, религиозная литература
Том 7. Письма
Том 7. Письма

Седьмой и восьмой тома Полного собрания творений святителя Игнатия Брянчанинова, завершающие Настоящее издание, содержат несколько сот писем великого подвижника Божия к известным деятелям Русской православной церкви, а также к историческим деятелям нашего Отечества, к родным и близким. Многие письма Святителя печатаются впервые по автографам, хранящимся в архивах страны. Вновь публикуемые письма будут способствовать значительному пополнению имеющихся сведений о жизни и деятельности святителя Игнатия и позволят существенно обогатить его жизнеописания. Наши публикации серьезно прокомментированы авторитетными историками, филологами и архивистами. Каждому корпусу писем предпослано обширное вступление, в котором дается справка об адресатах и раскрывается характер их духовного общения со святителем. Письма святителя Игнатия Брянчанинова принадлежат к нетленным сокровищам православной мысли, и ценность их век от века только повышается. Потому что написаны они великим мыслителем, духоносцем и любящим Россию гражданином.

Святитель Игнатий , Игнатий Брянчанинов , Святитель Игнатий Брянчанинов

Православие / Религия, религиозная литература / Христианство / Религия / Эзотерика