Читаем Вместо тысячи слов (СИ) полностью

========== 1 ==========

Капитан слушал докладчика молча, но по заострившейся линии его скул, по чуть заметным желвакам и побледневшим от бешенства крыльям породистого носа Брок видел, что спокойствие его напускное. Было странно, что истинного настроения Роджерса, похоже, никто, кроме него, не улавливал: сидели, как бессмертные, чуть ли не в телефонах в тетрис играли.

Брок дураком не был. Осознавал свой совершенно особенный, извращенный интерес к символу новой нации, и понимал, почему видит и поджатые губы, и остекленевшие от сдерживаемого бешенства глаза: потому что только и делает, что пялится. Пялится на Капитана Гидру. Не то чтобы природа заложила в него инстинкт самосохранения, ага. Не с избытком – уж точно.

Иначе он бы не таскался к Кэпу со старыми граммофонными пластинками, которые, как задрот, выискивал на всех аукционах, в надежде, что тот хоть взглянет на него, а не чуть левее и выше плеча, как обычно.

- Вы хотите сказать, - опасно низким голосом произнес Капитан, - что не знаете, где сейчас находится криокамера и как вышло так, что она вообще пропала. Я не слишком… обобщил ваше получасовое выступление, мистер Сэмюэлсон?

Сэмюэлсон, по сути, не был виноват в том, что дружка Кэпа сперли вместе с гробом, в который он периодически ложился «отдыхать» - советские ученые чего-то там наворотили с его кровью, чего-то такое, с чем не могли пока справиться лучшие головастики с мировыми именами, а потому раз в полгода Зимний Солдат косплеил Снежную Королеву. И вот надо же было так проебаться начальнику охраны медблока, что того сперли вместе с гробом. То есть с камерой. Начальник, конечно, застрелился сам, как только узнал, но этот хитрый ход, конечно, не спасет Сэмюэлсона, его заместителя, если тот не высунет голову из задницы и не начнет что-то делать.

- Мы делаем все возмож…

- Вы позволили вывезти нашего лучшего бойца с базы, напичканной электроникой и камерами, и имеете наглость говорить мне, что сделали все, - он подчеркнул последнее слово, - возможное?

- Делаем, - проблеял Сэмюэлсон. – Капитан…

- Я. Повторяю. Вопрос, - Кэп поднялся во весь свой огромный рост и, опираясь на кулаки, больше похожие на кувалды для забивания свай, навис над столом и над присутствующими. – Где криокамера?

- Не-не… - начал, кажется, бывший начальник охраны медблока, но тут у Капитана зазвонил телефон. Личный.

- Да, - произнес Роджерс таким тоном, что будь тут Барнс, и криокамера ему не понадобилась бы – так выморозило все вокруг. – Что? С кем я говорю?

Брок подобрался: похоже, похитители вышли на связь, значит, в ход пойдут оперативники, а не ленивые офисные крысы. Роджерс молча слушал около минуты, а потом просто раздавил телефон в кулаке, спокойно собрал со стола бумаги в тонкую папку и с оттягом хлестнул ею Сэмюэлсона по лицу.

- Мне нужна, - в абсолютной тишине произнес он, - голова Тадеуша Росса, а не ваши. Чертовы. Бумаги. Вон!

Последнее слово он гаркнул, как на плацу, и глаза у него при этом налились такой ледяной, такой бешеной синевой, что у Брока, первым выкатившегося в коридор, встало до боли, до темноты перед глазами. Что ж, он знал, что нужно делать.

Приказ был отдан четко и ясно.

***

Стив снова прошелся из угла в угол кабинета. Десять с половиной шагов от двери к окну и обратно. Как тигр в клетке. Чертов Росс взял его за горло, как-то вызнав, когда Баки ляжет в крио.

Он отогнал мысли о предательстве среди медперсонала – сейчас это было неважно. Ему нужно было подумать. Если бы речь шла только о нем, он бы просто свернул Россу шею, вытащил бы Баки, а потом хоть в бега, хоть в подполье. Но от него как от лидера правящей политической силы зависело слишком многое. Оппозиция была слабой, но вот ударила по больному.

Он отогнал кровожадные мысли о демократии и прочей ерунде и принялся в который раз перебирать в голове варианты.

Оставить Баки у Росса – уязвимого, голого и беззащитного? Потерять его? Опять. Предать доверие. Баки доверил ему себя, свой сон, остался уязвимым, а Стив не уследил. Оборвав пошедшие по кругу мысли, Стив вернулся к попыткам решить, как поступить.

Объявить Россу открытую войну и утопить страну в крови? По сути, из-за одного человека?

Послать группу зачистки. Кого? Разведданные неточные и на раздумья ему дали всего двадцать четыре часа, которые вот-вот истекут. Стив снова посмотрел на экран – прямая трансляция происходящего в помещении, куда перевезли Баки. IT-отдел так и не отследил сигнал, несмотря на то, что каждый из работавших там знал, во что может им обойтись неудовольствие Капитана.

Баки был бледен и неподвижен. Камера была направлена на лицо, на фоне щелкал маятник старинных часов, бивших каждые полчаса, и Стив с трудом на этот раз подавил вспышку ярости при мысли о том, что все это – монтаж. Что Баки давно в другом месте, а трансляция – это гоняемая по кругу запись. Что он не справился, не уследил и опять потерял Баки. Что уже поздно.