Читаем Властелины ринга полностью

Маленькая толстенькая тетя – между прочим, немка, а не бывшая наша – жестко прокладывала себе путь к рингу без всяких там Entschuldigung (Извините). Какие там, к чертовой матери, Entschuldigung, когда рядом ОН, кумир всей ее жизни. Я оказался на ее пути и был, невзирая на свой немалый вес, легко отодвинут в сторону. Да, в немецких селеньях тоже есть женщины, которые и коня на скаку остановят, и в горящую избу войдут. Если только там будет кто-то из братьев Кличко, конечно.

Владимир тем временем выполнял данное перед боем обещание выпить местного пива. Он его не только выпил, но и, ко всеобщему восторгу, вылил себе на голову. В какой-то момент сверху полетели тысячи и тысячи лент из золотой фольги. Они опускались нам на головы и на плечи. Я снова посмотрел на Даму с Костылями. Она сидела неподвижно, костыли торчали в разные стороны, на редкость красивого лица не было видно, и сейчас, вся обсыпанная золотыми лентами, она напоминала какой-то безумный персонаж с картины Брейгеля. Ее муж или друг всеми силами пытался ее поднять; он был молод и весьма крепкого сложения, но у него мало что получалось. Видимо, хрупкая женщина отяжелела от нежелания уходить. Китайцы говорят, что такое бывает. Как я понимаю, это когда великая внутренняя энергия ци сосредотачивается в пятой точке. Особенно если эта точка красивая.

Однако когда в будущем я стану вспоминать об этом дне, то первой на ум мне придет не эта сцена, а взметнувшийся к небу костыль, неподвижно лежащий Чемберс, который вывалился головой за ринг, и Кличко, ко всеобщему восторгу поливающий голову дюссельдорфским пивом.

Вот и добрались мы до конца, то есть до красивой точки.