Читаем Властелин Зимы полностью

– Понятно, – Вита сдержанно качнула головой и оценивающе оглядела собеседника с головы до ног. – Как зовут-то тебя?

– Данияр. А тебя?

– Вита.

– Злая ты, Вита. Отчего? – Данияр дурашливо склонил к плечу голову, став похожим на молодого глуповатого пса.

– Дел много. Рыбу надо домой снести, приготовить. Еще коза заболела, лечить надо.

– Коза, говоришь? А знаешь ли ты, Вита, что перед тобой сейчас стоит лучший знаток козьих болезней? Да чего там козьих – любой скотины!

– Не верится что-то, – Вита снова смерила собеседника взглядом. Хвастун, похоже, тот еще…

– Я ученик лесной ведьмы, – поспешил разъяснить парень. – Сейчас вот лекарское дело изучаю. Мне как раз на скотине тренироваться надобно. Коза твоя очень кстати. Идем?

Он протянул Вите раскрытую ладонь в белой митенке.

– Куда? – насторожилась девушка и отступила на шаг.

– В ведьмину избушку за лекарством, – шепотом пояснил Данияр.

***

Мешок с рыбой остался на берегу, зарытый снегом и прижатый к земле куском тяжелой льдины, чтоб не добралось прибрежное зверье.

Данияр первым шел по лесной тропе, Вита за ним. Она волновалась и не верила до конца, поэтому руки не подала – пропустила вперед – и теперь удивлялась, как вспыхивает по краям тропы всполох потайного морока, сливая ее со снеговой толщей, чтоб скрыть следы. Чтоб не нашли.

– Ведьмы точно не будет дома?

– Нет. Она улетела на важную встречу. Будет послезавтра, а то и вовсе к концу недели, если пурга сильная поднимется.

– Ладно тогда.

Данияр зашагал быстрее.

Тропа сузилась, подступили к ней вплотную чешуйчатые рыжие сосны и разлапистые елки. Схватили за одежду, вцепились рьяно, желая одернуть, попытались обернуть назад, заставить одуматься.

Вита ведьму помнила и боялась. Помнила ее глаза, маленькие, утопленные глубоко в черепе, алые, как угольки. Помнила одежду, бесцветную, тусклую, как паутина, невесомую и одновременно густую. Помнила голос, скрипучий и величественный. Холодный. Не зря говорят, что ведьму опасается сам Властелин Зимы.

Не зря.

Истощенная лесом тропка, наконец, привела их к избушке.

Вита и избушку помнила. Каждое бревнышко, зазубрины от топора справа от тяжелой двери, глубокую трещину на нижнем венце. Там, внутри жилища, сквозь эту трещину дуло. Колкий сквозняк пробирался во тьму ведьминой горницы и трепал лекарственные травы в глиняных горшках. И волосы ведьмы, белые, будто снег.

– Тс-с-с! – провожатый прижал палец к губам, пригляделся, прислушался. – Тихо. Все спокойно. Иди за мной в сени, на крыльце не маячь. Я найду тебе козью настойку и дам, – осыпал распоряжениями и настойчиво схватил за запястье, желая затянуть в дом.

Вита не потерпела прикосновений, ловко вывернула руку и недовольно фыркнула:

– Сама дойду, не трожь.

Данияр обиженно хмыкнул и первым нырнул в темный проем. Вита за ним.

Их окутал запах сухих трав: свежий аромат мяты и мелисы, острый – календулы, медовый – от пижмы, нежный – от донника, приторный – от жасмина. Вита потерла нос и принялась разглядывать вырезанные на стенах знаки и символы.

– Сейчас найду, а ты готовься, – бросил через плечо Данияр, бодро роясь в настенном шкафу со склянками.

– К чему? – насторожилась Вита.

– Отблагодарить меня надо.

Данияр сиял. В его блистающих глазах и мечтательной улыбке отчетливо читалась незамысловатая симпатия, которую парень даже не пытался скрыть. С чего бы? Вита ведь повода ему не давала, наоборот, старалась держаться погрубее и порезче, чтобы опасался. Так спокойнее и проблем меньше, а он, видишь ли, заигрывать вздумал.

– Мы так не договаривались, – прорычала грозно, но Данияр был настойчив:

– Сама могла догадаться. Дело рисковое, нужно отблагодарить. Поцелуй, с тебя ведь не убудет?

– Не договаривались мы на поцелуй.

– Не ломайся. Ишь, недотрога какая…

На улице прошелестели по снегу шаги нескольких визитеров. Троих, кажется. Данияр по-песьи вскинулся и весь затрясся мелкой дрожью.

– Ведьма. Госпожа Ведьма вернулась… – прошелестел одними губами, почти без звука, но Вита услышала и тоже испугалась.

Еще не пойманные врасплох, они живо метнулись за печку и прижались там друг к дружке, как перепуганные воробьи. И вовремя. Спустя миг тяжелая дверь отворилась, впустив в комнату ленты холодного воздуха, и снова закрылась.

– Убери свою магию, Чернороза, я не терплю чужой ворожбы.

Незнакомый властный голос назвал знакомое имя – имя ведьмы. Чернороза. Вита была ближе к выходу из их с Данияром укрытия, поэтому одним глазком наблюдала за происходящем.

Пришли четыре женщины. Знакомая лишь одна – ведьма Чернороза. Она здорово состарилась с тех пор, как Вита видела ее последний раз. Давно это было. Слишком давно, но все же в сморщенном, посеревшем лице угадывались виденные ранее черты – крючковатый нос, густые, сросшиеся брови и наполненные непроглядной тьмой глаза с алыми искрами на дне.

Три спутницы Чернорозы были Вите незнакомы. Одна – седая и очень высокая, похожая на серебристую старую березу, вторая – коренастая, как подгорный гном, по самые глаза закутанная в цветастую шаль, третья – как сама Чернороза, темноглазая и носатая…