Читаем Власть нулей. Том 2 полностью

– Чего «не»? Не боятся, что ли? Так это я для вас бандит, а для них-то – папаня. Не я их – они меня строили. Они нас заставляли отдыхать. Жена в кастрюлях окопается, в грязном белье зароется, плачет, что ничего не успевает, они её оттуда вытащат: «Папка, бери её в охапку, сам тоже всё бросай, поедем гулять на залив! Семья нужна, чтобы вместе отдыхать и веселиться, а не каторгу отбывать». Это только наивным взрослым кажется, что они воспитывают детей, на самом деле всё наоборот. И мы ехали гулять. И сколько я там видел «отдыхающих», которых словно бы насильно заставили быть вместе. Вечно эти мужики «после вчерашнего», которое у них никогда не проходит, с кислыми рожами, словно от важных дел отвлекли – очередную трепотню с собутыльниками о самочувствии Фиделя Кастро пришлось пропустить. Их издёрганные жёны всё время шипят и раздают оплеухи детям: «Ешь, как следует, дармоед, а ты не сутулься, кровопивец!». И мы вваливались. У меня на одном плече жена спит, в одеяло завёрнутая, на другом дети висят, рулят процессом. Они немели. Они на нас смотрели как на нарушителей их религии. Они ж веселиться начинают только после стакана, а так всё время с измождёнными лицами, и если их спросить, чего они так погано выглядят, ответ один: «Мы ж всё ради детушек! Харю умыть некогда, лишь бы детишкам побольше времени уделить. Одеться нормально не можем, лишь бы детушкам всё лучшее досталось. Света белого не видим – только ради детишек и живём! Всё только ради них, дармоедов и кровопивцев!». Жизнь потому таких и бьёт постоянно, что человек не имеет права подобные заявления делать, ради чего он живёт. Жизнь может легко всё отнять, ради чего человек якобы живёт. Сколько я видел таких любителей на публику играть, которые заявляли, что живут ради любви, работы, высшей справедливости и прочих избитых стереотипов – жизнь всё вышибала. Попробуй-ка, поживи без того, ради чего так распинался. Жизнь дана, чтобы жить, а они на пустом месте подвиг изобретают, который заметят и оценят только такие же пришибленные. Жить не умеют, жизнью своей не занимаются, но уверены, что могут кому-то другому потрясающую жизнь создать, а так не бывает. Потому что нужда может создать только новую нужду. Сколько таких сгорбленных, хмурых, ещё не старых тёток в рванине, а рядом шагают глупые откормленные дети, разодетые как на бал. Кажется, что она из своей кожи им одежду сшила, и все восхищаются: ах, какая замечательная женщина. Ничего замечательного в таких дурах нет. Фабрика по производству нежизнеспособных проблемных придурков. Откормят до ожирения, нарядят и выставят на улицу, как бомбу замедленного действия, а потом вопят, когда эта бомба в подоле принесёт. И такие не будут своего ребёнка растить, они же сами ещё маленькие, хотя уже не детскими вещами очень активно занимаются. Растить очередное горе луковое будет эта хмурая тётка в рванине.

– Что же плохого, если родители уделяют детям много времени, слишком любят их?

– Это не любовь, а самолюбование «какие мы славные и замечательные» на фоне всеобщей деградации. И дети это очень хорошо чувствуют. Не надо делать что-то слишком. Если в тесто переложить чего-то слишком много, оно будет испорчено.

– А как же материнский инстинкт?

– Его не существует. Материнский инстинкт – такая же сказка, как вера женщин, что все мужчины должны быть сильными и умными, смелыми и надёжными. Кстати, самые бестолковые слабые мужики чаще всего требуют от баб этот мифический инстинкт, а чрезмерная женская забота ещё никого до добра не доводила. Самые заботливые и самоотверженные матери растят самых слабых и эгоистичных детей, вот и вся цена этого хвалёного инстинкта. И к счастью, многие бабы им не обладают. Как и большинство мужиков не являются умными и надёжными. Все – разные. Причём не просто разные, а очень разные. Человек на протяжении жизни может изменить свои качества до неузнаваемости как в лучшую, так и в худшую сторону. И если женщина родила ребёнка, это не значит, что она станет офигительным воспитателем для него. Так можно договорится, что учителем может любой прохожий работать, любой может быть лётчиком, врачом, строителем.

– А разве сейчас в нашей стране не это происходит, когда «любой прохожий» лезет и в министры, и в вершители человеческих судеб?