Читаем Власть ножа полностью

Для себя майор решил так: по делу о Посланнике он будет настаивать на версии о самоубийстве Несмелова и ни словом не обмолвится о Римме Красновой. А в случае с Арлыком придется признать свою ошибку — мол, банда можайских в основном уцелела и очень вероятно, что остался в живых и её главарь. — Разрешите войти, товарищ генерал? — Заходи, Юра, присаживайся, — неожиданно радушно отозвался Коржиков и даже сделал приветсвенный жест рукой. Пораженный Фролов, которого генерал никогда ранее не называл по имени, даже некоторое время потоптался на месте, прежде чем уселся на предложенный стул. Подняв глаза на Коржикова, он отметил, что тот облачен в парадный генеральский мундир, который надевался заместителем начальника ГУВД лишь в особо торжественных случаях. А дальше последовало уж и вовсе нечто из ряда вон. Генерал встал, открыл сейф и вытащил оттуда початую бутылку марочного армянского коньяка «Арарат», тарелочку с уже нарезанными дольками лимона и пару рюмок. Он молча налил себе и майору и провозгласил тост: — За ваше повышение, товарищ подполковник! Оторопевшиий опер чокнулся со своим начальником и, ни слова не говоря, олрокинул в рот коньяк, после чего вытаращил глаза на генерала, надеясь от него услышать объяснение всему происходящему.

— Я только что с Огарева, — начал генерал. Улице Огарева уже лет десять назад возвратили «историческое» название — Газетный лереулок, там находилось Министерство внутренних дел. Но все близкие к МВД чиновники невзлюбили этот топонимический пассаж и продолжали называть улочку именем знаменитого русского революционера. — Был в управлении кадров. Отвозил на тебя представлениие. На днях ты получишь очередное звание и, возможно, должность начальника отдела, в котором сейчас работаешь. А твоего шефа переведут в министерство. Как, впрочем, и меня, — добавил Коржиков после паузы, и на лице его появилась победная, торжествующая улыбка. Невольно улыбнулся и Юрий Фролов. Наконец-то состоялся ощутимый карьерный рывок! Вернее, пока только ушло представление в управление кадров от ГУВД, но майор не сомневался, что оно будет подписано — конечно, все уже обговорено на самом верху. С другой стороны, он вспомнил, как всего года три назад тот же Коржиков собирался в министерство на некую высокую должность. Он уже получил соответствующее новому посту звание генерал-лейтенанта и сдал дела. И вдруг — облом! Произошла смена руководства МВД, и Коржиков неожиданно и скоропостижно вернулся в прежнее кресло. Хорошо хоть звездочки не отобрали! Так не рано ли они с генералом отмечают свое повышение? Вроде бы это плохая примета. Но вслух майор ничего не сказал, а продолжал задумчиво жевать лимонную корку.

— Ты не волнуйся, — похоже, прочитал его мысли генерал. — На этот раз все пройдет как надо. — И, помолчав, он торжественно произнес: — Меня уже представили министру. Ну, давай ещё по одной, и расходимся. — И Коржиков снова разлил коньяк. — Чтоб у нас с тобой на новых должностях было все путем, — провозгласил он второй тост.

Выпив свою рюмку, наконец подал голос и майор:

— А как же с делом Немелова? Следователь Шигарева закрывать его не хочет.

— Юра, о чем ты говоришь? Нас с тобой повышают за полную ликвидацию оргпреступности в Западном округе столицы. Ведь рэкетиров в этом округе больше нет. Так?

— Вообше-то осталась пара бригад. Никулинские, например. Хотя они больше орудуют на Юго-Западе, но залезают и в наш округ. Есть ещё и некий Гиря, который сотрудничал со сколковцами.

— Это все мелюзга! — отмахнулся генерал. — Станешь начальником отдела — управишься с ними за месяц. Ликвидированы основные банды — Посланника и Арлыка. Такого успеха в Москве, да и в стране давно никто не добивался. А прокурорше мы быстро рот заткнем, я уже звонил её начальнику, Алексею Алексеичу. И папаша этой девочки нам здесь тоже поможет.