Читаем Власть над властью полностью

Представьте аналогичную ситуацию во время войны. Скажем, командир дивизии, в состав которой входят пол­ки, планирует бой. План этого боя он изложит полкам в своем боевом приказе. Этим он и ценен для них — тем, что благодаря ему они действуют как единое целое. Благодаря командиру дивизии солдат дивизии способен справиться с дивизией противника, благодаря командующему армией нашему солдату не страшна вражеская армия, а благода­ря планам главнокомандующего ему, одному, не страшны армии десятка государств. План объединяет всех при ре­шении огромных задач, план — это и есть разделение сво­его Дела на Дела подчиненных. Но вдруг генералы во вре­мя войны решили перейти на рыночные отношения пото­му, что какой-то недоумок рассказал им, что так воюют в цивилизованных странах. В связи с этим они заявляют пол­кам и батальонам: «Вы теперь самостоятельные, учитесь вое­вать сами: сами ищите себе врага, какого вам выгодно унич­тожить, сами ищите боеприпасы и прочее. А у нас будете просить лицензии-разрешения на уничтожение противни­ка. Хорошо попросите, взятку дадите, так мы, может; и раз­решим кому-нибудь Родину защитить. А еще мы будем ско­пом сниматься на телевидении и будем народу объяснять, какие мы, генералы, умные и цивилизованные, да вот у нас полковники — застойная военщина — не хотят восприни­мать рыночные отношения, мечтают о едином командова­нии, мечтают, чтобы мы, интеллектуалы-генералы, план вой­ны составили. Но мы, генералы, гордость нации, этого не до­пустим — пусть все наши полки погибнут, но те, кто уцелеет, с полками иностранных армий создадут совместные пред­приятия и уже под руководством тех иностранных генера­лов будут некую Родину защищать. И будет у нас все, как в цивилизованных странах».

Вы скажете, что это бред! Да, это бред, но этот бред вне­дрен в экономику СССР, и этим бредом гордятся все нынеш­ние президенты и парламенты. Разве за работу таких гене­ралов стал бы платить хоть один народ? Пустой вопрос —­мы-то ведь платим своим президентам...

Еще одна идея — «свободные цены». Может ли быть це­лью государства, его Делом установление «свободных цен»? Ведь народу нужны товары по доступным ценам, а не сво­бодным. Эту идею можно принять в ситуации, когда товара так много, что он уже и по доступным ценам не продает­ся, тогда можно их «освободить», но это является следстви­ем того, что народ уже имеет все, что надо. А разве народы СССР уже имели все, что хотели?

Читатель, наверное, уже обратил внимание на то, что ав­тор часто ходит как бы вокруг да около: то подходит к ка­кому-то вопросу, то переключается на следующий и снова возвращается к прежнему.

Предлагаемую теорию управления очень легко «разло­жить по полочкам»: она проста. Но когда пытаешься под­твердить ее примерами, начинаются сложности, так как примеры связаны с действиями людей, а они редко руко­водствуются только одним мотивом. Выявить мотивы руководителя-делократа несложно: на него давит только Дело. Однако с бюрократом сложнее: с одной стороны, он желает получить конкретные указания от начальника, а не от Дела; с другой стороны — он сам пытается вникнуть в Дела подчи­ненных и дать указания; с третьей стороны, ему нужно от­читаться по всем полученным ранее указаниям, а с четвер­той — ему необходимо иметь вид умного и заботливого на­чальника; с пятой — на него давит многочисленный аппарат; с шестой (и самой главной) — подчиненные. В результате «разложить по полочкам» его действия очень трудно.

Цель этой главы — показать ошибку управления в бюро­кратической системе, заключающуюся в стремлении руко­водителя заняться не своим Делом, а Делом подчиненных. В своих примерах мы шли от добросовестного заблужде­ния Хрущева через бездумность Брежнева и безмозглость Горбачева к маразму нынешних руководителей. Но когда я пишу слова «бездумность» и «безмозглость», то не имею в виду личные качества этих людей. Это характеристика самой ситуации. А на самих этих людей давил их аппарат, давило желание не быть, а казаться мудрым руководителем. Сами-то они, может быть, такие люди, что их следует называть и милыми, и умными. Но что толку?

Поэтому нужно тщательно анализировать примеры, что­бы не упустить ту главную мысль, которую мы ими под­тверждаем. В данном случае это следующее: создав под со­бой бюрократическую систему управления, взяв себе право поощрять и наказывать подчиненных, руководитель сначала перестает заниматься своим собственным Делом, потом пе­рестает его видеть, потом перестает понимать, зачем он ну­жен вообще. Бюрократическая возня с «мудрыми» приказа­ниями и указаниями становится для него самоцелью. Но не будем забывать, что опора бюрократизма — подчиненный.