Читаем Власть и оппозиции полностью

В тот же день Сталин опубликовал без подписи, в качестве передовой «Правды» статью под названием «Докатились». Под его именем она была напечатана лишь в 1949 году, в одиннадцатом томе собрания его сочинений — с примечанием «печатается впервые». В ней Сталин подчеркивал, что «в течение 1928 года троцкисты завершили свое превращение из подпольной антипартийной группы в подпольную антисоветскую организацию. В этом то новое, что заставило в течение 1928 года органы Соввласти принимать репрессивные мероприятия по отношению к деятелям этой подпольной организации… Подрывная работа троцкистской организации требует со стороны органов Советской власти беспощадной борьбы по отношению к этой антисоветской организации». В статье содержались недвусмысленные угрозы в адрес троцкистов, которые «стоят на полдороге», а также требование ко всем членам партии «понять и усвоить», что «между бывшей троцкистской оппозицией внутри ВКП(б) и нынешней антисоветской троцкистской подпольной организацией вне ВКП(б) уже легла непроходимая пропасть… Поэтому совершенно недопустимо то „либеральное“ отношение к деятелям подпольной троцкистской организации, которое проявляется иногда отдельными членами партии» [185]. Это был первый шаг Сталина, направленный на обвинение «троцкистов» в «подрывной» антисоветской деятельности с тем, чтобы сузить сферу официальной полемики с «троцкизмом» как идейным течением.

После появления этой статьи были инспирированы «массовые митинги» с обличениями «обнаглевших троцкистов», одобрением принятых против них репрессивных мер и требованиями немедленно выслать с территории Советского Союза «неразоружившихся» руководителей оппозиции. Однако высылка за границу большой группы оппозиционеров не входила в планы Сталина, который полагал, что изгнание Троцкого вынудит остальных лидеров оппозиции к капитуляции. Этому же была призвана способствовать новая волна арестов, прокатившаяся весной 1929 года. Сидевший в то время в Бутырской тюрьме С. Голицын вспоминал, что «большевиков-оппозиционеров… начали арестовывать, они сидели на Лубянке, а если в Бутырках, то по одиночным камерам. Мы видели, как их выпускали на прогулку, они шли кругом, один за другим, на расстоянии двух метров, как на картине Ван Гога. В течение нескольких дней мы читали в уборной надпись химическим карандашом: «Ленинцы! В приговорах начинают давать концлагери. Держитесь крепче!» [186]

Выразительное описание поведения оппозиционеров, впервые оказавшихся в советских тюрьмах, содержится в романе А. Солженицына «В круге первом». Это описание основано на воспоминаниях Л. Копелева (выведенного в романе под именем Льва Рубина) об испытаниях, перенесённых им в 1929 году за помощь своему старшему брату-троцкисту в укрывательстве шрифта подпольной типографии. В романе Рубин вспоминает о том, как он был брошен в харьковскую внутреннюю тюрьму ГПУ, сплошь заполненную оппозиционерами.

«По тюрьме гулко разносится каждый звук. Лёвка слышит, как кого-то с грохотом волокут по лестнице,— и вдруг раздирающий вопль потрясает тюрьму:

— Товарищи! Привет из холодного карцера! Долой сталинских палачей!

Его бьют (этот особенный звук ударов по мягкому!), ему зажимают рот, вопль делается прерывистым и смолкает — но триста узников в трёхстах одиночках бросаются к своим дверям, колотят и истошно кричат:

— Долой кровавых псов!

— Рабочей крови захотелось?

— Опять царя на шею?

— Да здравствует ленинизм!..

И вдруг в каких-то камерах исступленные голоса начинают:

И вот уже вся незримая гуща арестантов гремит до самозабвения:

Не видно, но у многих поющих, как и у Лёвки, должны быть слезы восторга на глазах.

Тюрьма гудит разбережённым ульем. Кучка тюремщиков с ключами затаилась на лестницах в ужасе перед бессмертным пролетарским гимном…» [187]

Не менее мужественно вели себя оставшиеся на воле оппозиционеры, отвечавшие на ужесточение репрессий против своих товарищей активизацией своей нелегальной деятельности. Через два дня после принятия решения ОГПУ о высылке Троцкого московские оппозиционеры выпустили «бомбу» против Политбюро, продиктовавшего это решение,— прокламацию под названием «К партийным конференциям. Партию с завязанными глазами ведут к катастрофе». Эта листовка содержала запись беседы между Бухариным и Каменевым с предисловием, написанным А. Воронским [188]. Запись проникла также за границу и в марте 1929 года была в извлечениях опубликована германской газетой «Volkswille», близкой к левой оппозиции. Этот текст вскоре был опубликован в обратном переводе эмигрантской меньшевистской газетой «Социалистический вестник», а ещё через две недели — французской коммунистической оппозиционной газетой «Contre le Courant». 4 мая «Социалистический вестник» дал описание листовки, вышедшей в СССР, и перепечатал из неё фрагменты, отсутствовавшие в немецкой публикации.