Читаем Владыка морей Ч.2 полностью

— Все сюда слушать! — ревел в бронзовый раструб Сигурд. — Вы все меня знать! Я Сигурд Эйнарсон, именуемый Ужас Авар. Я и мои парни отвечать за порядок на этот ипподром. Я вас предупреждать постоянно! Никаких драк, если ваш лошадь в конце прийти! Тот глупый мул, кто из-за медный нуммий начать буянить, я поймать и глаз высосать. Понимать? Весь город этот дурак без глаза видеть и смеяться! Я Тором клясться и святым Марком, что это истина есть!

По каменной чаше стадиона пронесся разочарованный гул и споры. Командир норманнской стражи перешел на новый уровень наказаний, а потому сегодня не угадал никто. Большая часть ставила на выдавливание глаз, вынимание их ложкой или аккуратное извлечение с помощью ножа. Но высасывание! Это было что-то новое. Те, кто не угадал, пытались доказать, что выдавливание и высасывание — это почти одно и то же, но денег не получили, из-за чего немедленно разгорелось несколько драк.

— Нет, ну какой же здесь, однако, беспокойный народ, — негромко удивился Стефан.

Впрочем, Коста, который обмахивал его опахалом, все прекрасно услышал. И даже шум ему не помешал. Они решили пообщаться здесь, на ипподроме, ведь куда бы ни пошел или ни поехал великий логофет, его осаждали толпы народа, жаждущего справедливости. То же самое касалось его дома, где прямо у входа ночевали просители, которые тянулись со всего Египта. Не было ни малейших сомнений, что за домом Стефана наблюдали, и это было проблемой. Постоянное мелькание одного и того же лица, не входящего в чиновничий круг, вызвало бы много вопросов. А открывать себя Коста пока не хотел. Так было намного легче работать. Как спрятать то, что никто не должен найти? Нужно положить его на самое видное место. А потому на слугу с опахалом никто не обратил ни малейшего внимания, и они смогли спокойно поговорить, не привлекая внимания.

— Рассказывай, — сказал Стефан, с любопытством разглядывая необыкновенное зрелище.

А на поле творилось нечто странное и небывалое. Туда сначала вышел йог, который принимал самые невообразимые позы, чуть ли не завязываясь в узел. За ним выбежал факир, который выпускал изо рта струи огня. После факира — флейтисты и барабанщики, а за ними смуглые танцовщицы крайне непривычного вида. Все это великолепие прислал в Александрию его светлость Надир ибн Берислав, наловив этих людей в своих владениях и набив ими целый корабль.

Александрийский плебс был в полном восторге. Гвалт и восторженный рев были настолько оглушительны, что логофет смог, наконец, спокойно обсудить дела государства. Голые ноги танцовщиц, в ритм барабанов ударявших пятками в песок арены приковали к себе всеобщее внимание настолько, что всем было плевать, кто там машет опахалом над головой главного вельможи Египта. Народ, набившийся в чашу ипподрома, был заворожен отточенными движениями гибких, в меру пышных женских тел.

— Четвертый легион, сиятельный, — негромко сказал Коста, который на всякий случай прилепил на лицо густую окладистую бородищу. — Два десятка ненадежных воинов держат под наблюдением. Еще одиннадцать человек удалены из его рядов.

— Их перевели в дальние гарнизоны? — поинтересовался логофет.

— Не стали рисковать, — коротко ответил Коста, и Стефан кивнул головой. Он не возражал, он принимал жизнь такой, какая она есть.

— Крокодилы? — на всякий случай уточнил он.

— Они самые, господин, — качнул опахалом Коста. — Просто спасу от них нет.

— По Александрии что?

— Времени было мало, великий, — поморщился Коста. — Тут сеть еще очень молода. Надежных людей всего несколько человек, и они лицедеи. Они вхожи далеко не везде. Но кое-кто на примете есть, мы работаем, чтобы подкупить прислугу.

— Ты уверен, что у нас все под контролем? — спросил Стефан, который внимательно разглядывал что-то внизу, на поле.

— Нет, господин, — честно признался Коста. — Я совершенно точно уверен в обратном. Для полной уверенности нам еще нужно несколько лет. Я точно знаю, что здесь есть те, кто работал на службу господина протоасикрита. Они никуда не уехали, и их донесения исправно уходят в Константинополь с купеческими кораблями. Хотя…

— Да, сейчас все идет гораздо медленнее, — кивнул Стефан. — У нас ведь карантин. Но идет, в этом нет сомнений. Кто этот всадник на вороном коне? Ты не знаешь? У меня такое ощущение, что я его где-то видел.

— Господи! — Коста чуть не выронил опахало. Юноша, который пришел к финишу первым, снял шапку в восторге, и на его спину упали роскошные смоляные косы, предмет лютой зависти всех александрийских дам.

— Сиятельный! — простонал Коста. — Да как же стража могла это допустить! Ведь это сама госпожа Елена, и она только что выиграла забег! Вы же сказали, что она нездорова и осталась дома. Сколько у нас людей на стадионе?

— Ты думаешь…? — удивился Стефан, который никак не мог привыкнуть к имени Юлдуз, полученному при крещении. — Вот ведь чертовка! Вокруг пальца обвела меня!