Читаем Владыка костей полностью

— Дать мне одежду, о которой я просила с того момента, как попала сюда. Черную, потому что в ней я чувствую себя комфортно. Ты это знаешь. Это как с книгой. Ты делаешь все, чтобы я чувствовала себя комфортно, в безопасности и любимой. А потом делаешь что-то гадкое.

Он все еще был без рубашки, только в штанах, и все еще завязывал шнурки, когда пересек комнату.

— Я же тебе говорил, я нехороший человек. Тебе нравится боль, хорошо. Это то, что я могу тебе дать. Это то, в чем я хорош. Как демон, я очарован твоими человеческими эмоциями. Они для меня как призраки. Шепот далеких воспоминаний, которые я никогда не смогу вспомнить. И видеть, как ты реагируешь. Видеть, как ты плачешь. Видеть, как ты краснеешь и возбуждаешься. Видеть, как ты кричишь и стонешь. Для меня все это прекрасно.

Он закончил завязывать шнурки на своих брюках, присел на корточки и начал завязывать шнурки на моих ботинках.

Я смотрела на него, чувствуя в горле комок из сложных эмоций, который даже не могла начать распутывать.

Клянусь, этот демон и его одержимость тем, чтобы заставить меня чувствовать… Он погубит меня, если я не уйду отсюда.

— Верни меня, Белиал. Я хочу домой.

Он выпрямился во весь рост и посмотрел на меня сквозь отверстия в маске.

— И что тебя там ждет?

Ни черта. Кроме нормальной жизни вдали от злых демонов и их биполярных помощников.

Когда я ничего не ответила, он выдохнул и протянул мне руку. Я уставилась на него, заметив, что он снял перчатки… и рубашку.

Он хотел, чтобы я осталась. Не так ли? Прошлой ночью в постели паромщик упомянул, что хочет связать меня и пользоваться мной вечно. Я списала это на грязные разговоры.

Может быть, он пытался соблазнить меня, чтобы я осталась. Эта была нелепая мысль, фантазия, которая никогда не могла стать реальностью. Владыка Костей не позволил бы этого.

Во всяком случае, уход от него убережет его от гнева его Владыки.

Вокруг нас вспыхнула магия, и когда она угасла, мы остались стоять точно там, где он забрал меня из лабиринта прошлой ночью. Как он и обещал.

Я вырвала руку из его и повернулась к нему спиной, оглядывая сеть живых изгородей, которая, казалось, тянулась бесконечно.

— Просто покажи мне правильное направление, и можешь уходить.

Между нами воцарилась тишина. Я повернулась к нему, ожидая ответа. Он просто стоял посреди тропинки, спокойный, без рубашки, красивый, с черными волосами и серебряными цепями, звенящими на слабом ветерке.

— Не покажу.

— Почему? — я уставилась на него.

— Мы так не договаривались, верно? Я обещал тебе ванну, кровать для сна, еду. Я дал тебе еще несколько вещей, которые не был обязан давать, так что: не за что. А я получил то, что хотел, так что наша сделка завершена.

— Сделка? — я подошла к нему, внутри меня кипела ярость. — Так ты это называешь?

Он сжал челюсть.

— Нет. Но для тебя это явно было только ею. Так что мы можем на этом закончить. Если ты этого хочешь.

Что я хочу.

Если бы он только знал, чего я хочу. Черт, если бы я сама только знала, чего хочу.

Может, я и знала. И может, просто боялась себе в этом признаться.

— Что мне делать, Белиал? — я остановилась перед ним, скрестив руки на груди, чтобы унять тупую боль, которая там возникла. — Я должна найти выход из этого места, иначе стану Королевой Лимбо. Мне придется носить корону из костей моего гребаного бывшего.

— Ты его любила?

— Что? — я побледнела.

— Ты любила своего бывшего?

— Нет, — ответ прозвучал слишком быстро, но он был правдивым. Я никогда не любила Марка. — Он был скучным. Но это не значит, что я хотела его смерти.

— Люди умирают постоянно, — Белиал пожал обнаженным плечом. — Если ты вернешься в мир людей, то в конце концов умрешь, и тогда все равно окажешься здесь. Зачем бороться с неизбежным?

— По крайней мере, у меня там будет жизнь! Может, и дерьмовая, но все же жизнь. Я буду свободна, — мои щеки покраснели, голос невольно повысился. — Я не буду домашней зверушкой злобного монстра.

— Тогда стань моей.

Я замерла, сердце подскочило к горлу от его слов.

— Ч-что?

— Он не сможет забрать твою душу, если я первым завладею ею, — в его голосе слышались сильные и неожиданные эмоции. От этого у меня затрепетало в животе и покалывало кожу, и я молча попросила его объяснить, что он имеет в виду, пока мое сердце не взорвалось от напряжения. — Таков закон демонов. Как паромщик, я не должен забирать души для себя, но… я могу. Твоя будет единственной, которой я владею. Единственной, которая мне нужна.

Я сделала несколько шагов назад, медленно качая головой. Я правильно его поняла? Он действительно хочет заполучить мою душу?

— Он убьет тебя, — прошептала я, нижняя губа дрожала.

— Не убьет.

— Как ты можешь быть в этом уверен?

— Есть много вещей в этом мире, которых ты еще не понимаешь, много вещей обо мне, которых ты не знаешь, — сказал он.

— Ты прав, — я сделала еще один шаг назад, оглядывая его с ног до головы. — Я тебя совсем не знаю. Я даже не видела твоего лица, а должна продать тебе свою душу?