Читаем Владимир Суслов полностью

Комплекс этих работ дополнялся изучением стенописи.

Приведем в качестве примера перечень работ по исследованию церкви Спаса-Нередицы (с некоторыми сокращениями).

«1. Кругом всей церкви откопан фундамент до глубины 2,5 - 3 аршина. При этом в 32 ямах произведены наблюдения над состоянием основания храма и занесены на рисунки обмерами все детали (характер кладки, состояние ее, древние формы, места сохранившейся штукатурки и др.)…

2. Для разных разведок отбита кругом штукатурка около всех окон храма и все ветхие части штукатурки на гладких поверхностях стен. При этом обнаружены позднейшие заделки древних окон, характер кладки, состояние перемычек, способ кладки стен и их обветшалость…

3. С наружной стороны барабана отбита частями штукатурка и сделана разведка карниза (с пробивкою кладки). Обнаружено состояние стен, заделки древних окон и формы древнего карниза барабана…

4. Со сводов церкви удален мусор… для точного определения высот сводов, их формы и ветхости кладки…

5. Подобные тщательные расследования во всех остальных чердачных помещениях…

6. Внутри церкви произведено 12 окопок стен и столбов для обнаружения древнего пола, престола, древней живописи, штукатурки, первоначальных ширин дверей, состояния стен и фундаментов» [88].

После первоначального обследования Суслов составлял предварительный проект реставрации, который являлся в известной мере гипотезой и служил основанием для дальнейших исследований *. Иногда чертежи представляли собой совмещение обмера и графической реконструкции здания, иногда последнюю в прямом смысле этого слова. В крупных работах, например по Софийскому собору, по мере появления новых натурных данных Суслов делает варианты проектных предложений. Непременную часть проекта составляла подробная пояснительная записка и смета. [* Так, проект реставрации Софийского собора Суслов сопроводил следующим замечанием: «Представляемый мною проект не претендует на безусловное выполнение его в натуре, ибо некоторые части желательно проверить, а другие (предположительного характера) подтвердить новыми разведками» [79].]

Одной из основных проблем реставрации является вопрос, на какой из периодов существования памятника следует ориентироваться при его восстановлении, т. е. в какой мере учитывать изменения в его облике, происшедшие за время существования памятника.

Считая в идеале желательным восстановление памятников «в древнем» или «в первоначальном» виде, Владимир Васильевич, как следует из его проектов и записок, отнюдь не ставил такой задачи в каждом случае. Слом поздних пристроек он настоятельно рекомендовал только в тех случаях, когда они обезображивают памятник **. Если же поздние добавления в силу своей древности и органичности составляли неотъемлемую часть памятника, если они обладали исторической и художественной ценностью, - тогда Суслов оставлял здание в том виде, в каком оно сохранилось, ограничивая реставрацию укреплением конструкций и воссозданием отдельных достоверных элементов. [** «Новые пристройки… особенно колокольня, примыкающая к западной паперти, закрывают все богатство храма и… уродуют его», - писал Суслов по поводу Георгиевского собора в Юрьеве-Польском, предлагая снос части пристроек, осуществленный впоследствии [80].]

Так, при рассмотрении вопроса о ремонте церкви св. Петра и Павла в Новгороде на заседании Археологической комиссии было высказано мнение, что церковь первоначально была одноэтажной, и рекомендовано при реставрации снять второй этаж. Однако Суслов, осмотрев храм, решительно оспорил мнение комиссии: «Очень возможно, что церковь строилась одноэтажною, но во всяком случае существующий ныне второй этаж также весьма древний и может быть приурочен по летописям к XVI столетию». Если это подтвердится исследованиями, заключает он, «то представится новый вопрос - уничтожать ли то, что уже также освящено временем и представляется… интересным» [89]. Тот же принцип реализован ученым в осуществленных им реставрациях и прежде всего - в новгородском Софийском соборе.