Читаем Вкус смерти полностью

Прасол пригнулся и залег у корней молодой сосенки. Прислушался. Где-то неподалеку скрипела сойка. Посвистывал ветер в хвое. Метрах в десяти впереди высился второй валун, размерами еще больше первого, за которым залег Прасол. Возле камня на мшистой подстилке что-то белело. Прасол взялся за бинокль. Вгляделся и понял — это яичная скорлупа. Кто-то здесь, в этой глухомани, совершал трапезу. Кто и когда?

На всякий случай Прасол взвел курки ружья, положил его рядом с собой и стал терпеливо вглядываться в заросли, теснившиеся впереди. Неожиданно у подножия сосны с сухой вершиной он заметил легкое движение тени. Чтобы разглядеть, что там скрывалось, Прасол изменил позицию — переполз к сосне, стоявшей впереди валуна. И оттуда сразу увидел человека. Бинокль позволил разглядеть его во всех подробностях. Это был мордастый парень лет двадцати пяти, со вздернутым носом и озабоченным выражением лица. Рыжие, постриженные ежиком волосы перехватывала черная скобка наушников. Тонкий синий проводок тянулся от них к земле. Парень явно нервничал. Он то и дело оглядывался по сторонам, за пять минут раза три его левая рука непроизвольно касалась бедра. Подобным движением мнительные люди легко выдают карманным ворам место расположения своего кошелька, а неопытные бандиты подсказывают сыщикам, где они держат оружие.

Появление в глухом лесу вооруженного человека, — а в том, что парень вооружен, Прасол нисколько не сомневался — вызывало серьезные подозрения и требовало предельной осторожности. Понаблюдав минут десять, сыщик понял, что парень городской и вести себя в лесу не умел. Он сидел, прислонившись спиной к дереву, которое закрывало большой сектор обзора. Его расчет был прост и наивен: человека, сидящего за деревом, с тыла не разглядишь, а с фронта он сам первым заметит кого угодно. Заметит обязательно, если человек бредет по лесу открыто. А если нет?

Сделав порядочный крюк, Прасол вышел к цели именно с той стороны, за которую парень меньше всего опасался. Только тут стало ясно, почему тот не ждал внезапного появления людей со спины. Сосна, к которой он притулился, стояла на самом краю невидимого от валунов оврага. Метров пять Прасолу пришлось ужом ползти на левом боку над глубокой промоиной, по дну которой журчал ручей. Оказавшись неподалеку от нужного места, Прасол поднял с земли увесистый камень и швырнул его далеко вперед. Голыш с глухим треском ударился о ближний валун.

Парень рванулся, пытаясь вскочить, но Прасол прыжком преодолел разделявшие их метры и стволами ружья что было сил толканул противника между лопаток. Тот потерял равновесие, упал на землю, раскинув руки.

— Лежать!

Ударами каблука Прасол заставил парня раздвинуть ноги во всю их ширь и обыскал его. В правом кармане куртки-ветровки обнаружил гранату-лимонку, слева на бедре пистолет Макарова, заткнутый под брючный ремень. Защелкнув наручники на широких загорелых запястьях, Прасол заставил парня перевернуться на спину и продолжил обыск. Из внутреннего кармана на груди вынул паспорт советского образца, из кармана на рубашке извлек национальный эстонский паспорт.

Прижав стволы тулки к широкой груди парня, Прасол снял с рыжей головы наушники и, перебирая провод пальцами, добрался до черной пластмассовой коробки, прикрытой пластом дерна.

— Любишь музыку? Молодец! — Убрав ружье от груди, милостиво разрешил: — Можешь сесть.

Парень сопя сел и привалился к дереву. Он еще не отошел от испуга.

— Теперь давай потолкуем, — предложил Прасол. — Расскажи, кто ты такой, откуда и что тут делаешь?

— Я тселловек…

Парень ответил задиристо, но выговорить «ч» ему оказалось не по силам.

— Фамилия человека?

— Арнольд Ныым.

— Ты крутой парень, Арнольд. Так?

— Нет, не крутой. Нормальный.

— Нож, пистолет, два паспорта, граната. Нет, ты крутой!

— Нормальный, — упрямо возразил Ныым.

— Я понимаю, оружие ты нашел в лесу. Верно? Хотел отнести в милицию. Но не решил, в какую — в эстонскую или российскую. И против тебя ничего не докажешь. Так?

— Да, я нашел.

— И паспорта тоже?

— Паспорт мой.

— Какой из двух? Советский или эстонский?

— Оппа мои…

— Верю. Эстонский у тебя законный. Ты же теперь гражданин великой Эстонии. Так? Советский на всякий случай, если тебя задержат на российской земле. Верно?

— Не т-такк.

— Ладно, к этому мы еще вернемся. А теперь скажи, ты служил в армии? В Советской?

— Слушшил.

— В каких местах?

— В Казахстане. Гарнизон Маленький Париж. Вы не знаете, да?

— Значит, в Сары Шагане?

— Вы знаете?

— Я многое знаю, Ныым.

— Вишшу.

— Скажи, тебе русские так насолили, что ты теперь работаешь против них?

— Нет, не насолили. Я нормально служил.

— Почему же стал боевиком?

— Я не пойевик.

— А пистолет, граната, нож?

— Я не пойевик…

— Ладно, оставим это. Меня мало интересует твоя психология, Ныым. Меня интересует другое. К твоему сведению, я контрразведчик. Знаешь, что это такое? Наверное, детективы читал?

— Шиттал.