— Ой, а тут уж я не стану рассказывать. — улыбнулась девушка. — Одно дело назвать возраст мужчины, а другое — рассказывать его подноготную. Тут уж он сам тебе расскажет если захочет.

— Блин… а ведь интересно стало…

Роза лишь развела руками.

— Прости, что из-за меня с тобой произошло… столько всего. — не знала, как описать последние события. — Не стремясь вывести меня к зоне эвакуации — этого бы ничего не произошло.

— Я не жалею. — уверенно сказал Рой. — К тому же… теперь у меня есть шанс быть с вами поближе…

— Это ещё что значит… — неожиданно покраснела девушка.

— А-а-а нет… ничего такого… просто Артур сказал, что, когда я закончу обучение… — сложил ладони вместе. — То быть может вы возьмете меня к себе телохранителем… ну, личным шевальером, вот…

— В-возьму… — ответил смущенно Роза. — Обязательно возьму! — уже более уверенно сказала она. — Если ты, конечно же, этого хочешь…

— Хочу! — уже воодушевился Рой. — Я буду стараться и стану шевальером в кротчайшие сроки!

— Такую бы прыть тебе в плане оформления документов… — сонно добавил Артур, который продолжал лежать на кровати.

— Так ты не спишь?! — чуть ли не завопила Роза.

— А об этом история уже умалчивает. — сказал мафусаил, а затем зевнул и начал вставать. — Ладно, немного посидели и пойдем. — добавил он протирая глаза. — Мне ещё нужно показать где находится твоя новая квартира. — посмотрел он на Роя и кивнул в сторону двери.

— Квартира? — удивился молодой человек.

— Квартира. — сухо повторил Артур. — Тебе ведь нужно где-то жить. Вещи уже все на месте — осталось только вручить ключи и новый идентификатор… последний, кстати, будет кстати. — указал он на треснувший старый идентификатор на руке Роя.

Юноша даже не заметил, как повредил его в столкновении с Стокманом, а это малость расстроило его. Встав с кровати Рой поклонился Розе, девушка наградила его счастливой улыбкой и пожелала счастливого пути.

С Артуром же он простился уже на пороге своих новых апартаментов. Они были больше, чем его старая комнатушка, но самое главное было на месте. Открыв коробку с личными вещами, он успокоился, заметив там старую книгу, без которой ему бы было очень грустно. Но это были не все приятные моменты. На самом дне коробки Рой нашёл нечто, что ему не принадлежало, но было несомненно его — фотографию в рамке. Одинокая слеза скатилась из-под его глаза, когда он прочитал записку, которая к ней прилагалась.

— «Я подумал, что ты бы хотел иметь такую вещь, поэтому купил её тебе. Твой друг, Артур Престон. С новосельем.»

— Спасибо, Артур. — произнёс Рой, а затем взял фотографию в руки.

Это было просто фото из личного дела, но ценность этого предмета нельзя было переоценить, ведь теперь у Роя было то, что могло согревать ему сердце тяжелыми вечерами — фотография любимой сестры.

Глава 16

Войдя в академию Рой почувствовал себя сразу не в своей тарелке. Нет, не потому что Артура не было рядом, и он не мог поддержать его. Всё-таки ожидать того, что мафусаил будет с ним постоянно было слишком наивно и по-детски. Молодой вампир чувствовал, что ему здесь не рады и это создавало определённое чувство дискомфорта. Разговарившие друг с другом шевальеры останавливали беседу, чтобы заострить на молодом человеке своё внимание, а затем Рой заметил на их лицах усмешку. Он не слышал разговоров, да и подслушивать ему не очень-то и хотелось. У Роя была достаточно богатая фантазия, чтобы представить их разговор, и он знал, что не услышит там ничего положительного в свой адрес.

Артур предварительно предостерёг его не ввязываться не во что и ждать только Кетера, внешность которого для Роя так и оставалась загадкой. Всё что он знал о нём, так это то, что он такой же вампир, как и сам Рой, что в данной ситуации нисколько не облегчало положение. Найти красноглазого молодого человека в месте обучения шевальеров было задачей слишком лёгкой, а потому поиски Кетера не предоставлялись возможным. Единственной зацепкой было время, и чтобы не упустить хотя бы его — Рой пришёл в академию настолько рано, насколько мог. Разговоры с альвами-сотрудниками были лёгкой отдушиной, потому что, хотя бы от них Рой не ощущал этого острого чувства неприязни, коим, как ему казалось, это здание было пропитано чуть меньше, чем полностью.