Читаем Вкус крови полностью

Когда через час Инесса Ильинична Шлыгина, владелица фирмы «Инесса», покинула стены Ладожского отделения, она уже вовсе не казалась возмущенной. В изящной кожаной папке она уносила документ, подтверждающий факт кражи товара из контейнера на станции Ладожская-Товарная на общую сумму четыреста восемнадцать тысяч шестьсот пятьдесят долларов. Сам по себе документ не давал возможности получить страховку – она будет заплачена после закрытия уголовного дела, но это было уже что-то. Дмитрий снова пробежал глазами список украденного.

В основном ноут-буки, электронные записные книжки, мини-компьютеры системы «Эпсилон». Все это были компактные небольшие предметы, которые ничего не стоило вытащить, погрузить хоть на «Запорожец», а потом потихоньку распродать через компьютерные толчки.

И все же. И все же что-то в этой истории настораживало Дмитрия Самарина.

Выходной день подходил к концу. За окном давно стемнело – начался период питерских черных ночей, когда рассветает часов на пять. Идти в прокуратуру было незачем. Что бы сделал сейчас Мишка Березин? Со спокойной совестью поехал бы домой и, еще переезжая мост Александра Невского, начисто забыл бы и о фирме «Инесса», и о замерзшем подростке… Да, кстати, сегодня утром Дмитрий собирался брать с Березина пример. Значит, так и надо сделать Однако вместо того, чтобы спокойно ехать к себе на Петроградскую, Дмитрий пошел по путям – туда, где до сих пор стояла платформа с ограбленным контейнером. Ему повезло – туда следовал ремонтный электровозик, и на Ладожской-Товарной он оказался уже через несколько минут.

Он подошел к той самой платформе. Теперь ее освещал желтоватый свет фонаря, – к счастью, запасные пути всегда освещались, поскольку здесь постоянно происходило маневрирование. Самарин стоял и смотрел, стараясь представить, как все произошло. Митю подсадили на платформу, хотя он, разумеется, мог забраться и сам с его подростковой ловкостью… Потом ему подали напильник? Поразительно все-таки – четыреста с лишним тысяч долларов закрывают на пару-тройку навесных замков, причем обыкновеннейших, спилить которые можно за двадцать минут.

Неужели эта Инесса Ильинична такая дура? Или в подобные мелочи не вникает, а полагается на замов? Тогда эти замы дураки или… или совсем не дураки.

"Хорошо, – продолжал думать Самарин, – что дальше? Митя спиливает замки и открывает контейнер. Начинает по одной вытаскивать коробки… Нет, не получается! Долго, слишком долго! Сначала срезает замки. Это в лучшем случае двадцать минут, а на самом деле час. Затем передать вниз все эти мелкие коробки… Или они упакованы в более крупные? Все равно, если это делает один Митя… Это еще час. Итого два. Немыслимое время. Или на охрану напал летаргический сон, что все-таки маловероятно.

Прокрутим другой сценарий. Кто-то забирается на платформу вместе с Митей и помогает ему вытаскивать и передавать вниз коробки с аппаратурой. Их, разумеется, не бросают: какими бы темными ни были эти воры, все-таки допрут до того, что компьютеры, даже упакованные, лучше не швырять о промерзшую землю.

Этот кто-то находится рядом, но в тот момент, когда платформа дергается, успевает отскочить, но не спасти Митю. А потом просто бросает его".

Дмитрий вспомнил, как лежало замерзшее тело, – эта картина фотографически запечатлелась у него в мозгу. Митя лежал лицом вниз, скорчившись под навалившейся на него тяжестью. Совсем не похоже, чтобы кто-то пытался его вытащить. Неужели вот так просто взяли и бросили… И еще одно: как назло, вагон ударил платформу именно тогда, когда была вытащена последняя коробка… В самый последний момент. Бывают, конечно, такие роковые совпадения. Отнесем этот случай к разряду подобных.

Чем больше Дмитрий раздумывал над тем, как могло произойти то, что произошло, тем менее вероятным оно ему казалось. Зато в голову стали лезть совсем дикие на первый взгляд предположения: если Митя действительно ломал пломбы, спиливал замки и подавал стоящим внизу коробки с аппаратурой, значит, охрана подкуплена. Однозначно, как говорит Жириновский. Либо Митя провел наверху значительно меньше времени. Например, контейнер оказался пустым или почти пустым.

«Ну уж это бред!» – сказал было внутренний голос, но осекся. Вспомнилась давешняя Инесса Ильинична. Как она успокоилась, получив справку…

А ведь станется с нее организовать ограбление почти пустого контейнера, чтобы потом получить страховку. Как она сказала? «Страховка не покрывает и половины стоимости». Это в том случае, если внутри было то, что соответствует накладным. А если всего три-четыре компьютера устаревшей модели? Какие-нибудь древние лэптопы без жесткого диска, которые скоро будут иметь лишь музейную ценность?

Дмитрий подошел к платформе и, подтянувшись, поднялся наверх. Три пары петель для навесных замков. Сами их, спиленные, унесли криминалисты. Хорошо бы зайти посмотреть, что за замочки. И не были ли они подпилены чуть раньше, так что Мите нужно было только сделать последний шаг.