— Я ползла минут десять, — спокойно заговорила Модести. — Местами там встречаются участки, засыпанные острыми камнями. Я удачно преодолела их и увидела в конце дневной свет. Водовод идет почти прямо и выходит в сухую лощину… уже за пределами Маса.

Немного помолчав, Колльер полувопросительно заметил:

— Значит, вы с Дайной можете выбраться?

Модести грозно взглянула на него.

— Не говори глупостей, Стив.

— А я и не говорю. Я просто стараюсь смотреть на вещи объективно, проявляя при этом совершенно чуждый мне героизм. Думаешь, мне очень хочется поскорее узнать, что сделает Деликата, когда обнаружит, что вы смылись?..

— Забудь об этом, — резко оборвала его Модести, и опять он удивился яростному блеску ее глаз, похожему на красный отсвет в зрачках собаки, неожиданно освещенной лучом автомобильных фар в темноте, — или в глазах волка, подумал Стив. Он чувствовал в ней жестокую, непоколебимую волю. Конечно, он понимал, что только эта воля позволила ей выйти живой из стольких смертельных передряг, начиная с раннего детства, а на этот раз может спасти жизнь и ему самому, как это уже случалось прежде. И все же Стив, к своему немалому огорчению, замечал, что они, непонятно почему, отдаляются друг от друга.

Он давно уже любил ее, и она была для него всем на свете, но какая-то часть ее души оставалась для него недоступной. Он знал, что в ней заложена удивительная способность к состраданию, любовь к ближнему, юмор и теплота; она умна и любит жизнь; может доставить мужчине необыкновенное наслаждение и погрузить его в блаженный покой. Несмотря на свои уникальные боевые способности, Модести оставалась очень женственной. Но теперь все изменилось. Она ступила на тропу, по которой ему, Стиву, никогда не пойти вместе с ней, где, наверное, только Вилли Гарвин может сопровождать ее.

Разумеется, Колльер не осуждал ее и не испытывал никакой злобы. Он знал, что в детстве она жила и боролась за выживание, как дикий зверек. Те годы и сформировали ее характер. Удивительно еще, что она не возненавидела после этого весь мир…

Задумавшись, Стив пропустил часть разговора. Когда очнулся, услышал, что она обращается к Вилли Гарвину:

— …так что займись своим луком, Вилли, дорогой. Крайний срок — завтра ночью.

— Хорошо. — Гарвин отложил расческу и встал. — Мне нужно не более получаса, чтобы доделать его. Может, нам лучше спрятать оружие в этой нише под плитами, Принцесса? Пока обысков не было, но кто знает…

Модести кивнула.

— Займись этим.

После ухода Вилли она подождала несколько секунд, потом мягко обратилась к Колльеру:

— Теперь ты меня слышишь, Стив?

— Прости. Значит, ты заметила? Я куда-то улетел в мыслях.

— Ладно. Повторю специально для тебя. — Она задумчиво смотрела на него. — Деликата готовит для себя главное представление. Он уже буквально дрожит от нетерпения. Ждать осталось недолго.

— Точно. — У Колльера пересохло во рту. — Как ты думаешь, что должно произойти?

— Вилли. — Модести наклонилась и крепко сжала руку смертельно побледневшей Дайны. — Не волнуйся, Дайна. Я не допущу этого. Обещаю тебе. — Модести снова взглянула на Колльера. — Ты ближе всех нас к Деликате, лучше чувствуешь его настроение, Стив. Скажи мне, когда поймешь, что он на грани.

— Хорошо. — Стив тяжело сглотнул. — Но что, если у нас не будет времени переговорить?

— Разыграй что-нибудь. Притворись, что поранил ногу мотыгой, покричи и попрыгай. Что хочешь делай. Посмотришь по обстановке.

Колльер кивнул.

— Это может произойти в любой момент, — хрипло сказал он. — Как раз сегодня мы говорили с ним о его… вкусе к смерти. Думаю, ему уже хочется попробовать смерть на вкус еще раз.

Модести задумалась. Потом заговорила так небрежно, словно речь шла о каких-то пустяках:

— Скит Лоури прилетает завтра ночью, верно?

— Должен прилететь. Теперь он совершает рейсы через сутки, доставляя продукты и воду. А последний раз он здесь был вчера ночью.

Она снова помолчала. Колльеру казалось, что он физически ощущает, как напряженно она взвешивает все варианты. Наконец она тихо произнесла:

— Да… значит, так.

Расслабившись, Модести неожиданно улыбнулась, сверкнув ровными, ослепительно белыми зубами. Она по-прежнему держала руку Дайны и вдруг легонько встряхнула ее. Все еще глядя на Колльера, сказала:

— Да не выглядите такими несчастными, ну-ка вы, двое!

— Но я чувствую себя довольно-таки несчастным. Что ты придумала?

Улыбка медленно сошла с ее лица, уступив место выражению участия и сострадания.

— Боюсь, ты должен приготовиться к потрясению, дорогой. Другого выхода просто нет. Помни об этом постоянно.

Колльер выпрямился, с тревогой глядя на нее.

— Черт побери, это не ответ!

Модести наклонилась и поцеловала его.

— Я знаю. Прости меня. Но пока тебе этого вполне достаточно.

Глава 17

Было уже около семи часов, и небо сумеречно розовело, когда Модести Блейз увидела Деликату и Стива Колльера, идущих с той стороны долины, которая охранялась наиболее тщательно и где находилось жилье главаря банды и его приближенных. Деликата о чем-то говорил, размахивая на ходу руками.