В половине девятого утра Модести Блейз вышла из телефонной кабинки в баре «Луи». Она совсем не была похожа на Модести Блейз. В углу бара перед двумя чашечками черного кофе сидел Вилли Гарвин. Одетый в голубую спецовку и берет, с потемневшими от краски волосами и бровями, с полуторасуточной щетиной, он нисколько не был похож на Вилли Гарвина.

Модести села и принялась помешивать кофе. Все ее движения были совершенно естественными, ничем не привлекающими внимания, но Вилли видел — случилось что-то ужасное. Модести тихо сказала:

— Это был Рене Вобуа. Они схватили Дайну.

Вилли сразу потушил сигарету, но продолжал тыкать ею в пепельницу, пока не сломал ее. Наконец он с трудом выговорил:

— Отвлекающий маневр, чтобы выманить нас?

— Да. Габриэль с Макуиртэром выехали в Орли в два часа ночи и сели в самолет, летящий до Барселоны.

— Кто похитил Дайну?

— Рене не знает пока всех деталей. Полчаса назад ему звонил Таррант.

— Стив?

— Живой. Он и позвонил Тарранту из коттеджа. Прекрати, Вилли.

Тот все еще продолжал мять в пепельнице сигарету. Лицо его страшно побледнело.

— Прости. — Он смотрел на Модести остановившимся взглядом. — Она с ума сойдет.

— Нет, У нее сильная натура, она будет держаться. Она точно знает — мы будем ее искать и в конце концов непременно освободим.

— Искать? Где?

— Надеюсь, Стив нам подскажет. — Модести встала. — Если же нет, придется пойти более длинным путем. Мы разыщем Габриэля и узнаем все от него.

Глава 12

Таррант стоял у огромного окна, отрешенно глядя на Гайд-парк и улицу внизу. Прохожих в этот ранний час почти не было.

— Почтовый фургон нашли пустым в двух милях от коттеджа. Местной полиции про Дайну ничего не известно. Я решил, что не стоит информировать обо всем этом прессу. Полиция просто занята розыском человека или нескольких человек, оглушивших водителя фургона и похитивших его. Но Фробишер негласно делает все, чтобы найти Деликату и девушку. — Таррант пожал плечами. — Лично я считаю, что в Англии их уже нет. Скорее всего, Деликата покинул страну по воздуху и увез Дайну с собой. Раз это вам удается, наверняка удалось и ему.

Скрестив руки на груди, Модести мерила шагами комнату. Вилли Гарвин сидел в одном из больших кресел. Внутреннее напряжение, исказившее его темное от загара лицо, делало его некрасивым. Они приехали всего минут десять назад и совсем не успели отдохнуть после поездки.

Стивен Колльер неподвижно застыл на длинной кушетке. В нем не чувствовалось и следа его обычной иронии. Почти весь его лоб был залеплен пластырем.

Стив не мигая смотрел в пустоту, и только его пальцы разрывали на мелкие кусочки упаковку сигаретной пачки.

— В прессу точно ничего не просочится? — спросила Модести.

— Да. Фробишер об этом позаботится. — Таррант отвернулся от окна. — Я связался с ним сразу же после звонка Колльера. И решил больше никому ничего не сообщать до разговора с вами.

Модести кивнула.

— Да, ситуация тяжелая. — Она посмотрела на Колльера. — Хорошо, хоть ты остался жив, Стив. Не могу себе представить, что помешало Деликате убить тебя.

— Я бы и сам хотел этого. — Он говорил правду. — Уверен, он считает, что покончил со мной. Когда я пришел в себя, я так и лежал у плиты как куча дерьма. Все лицо в крови, а шея вывернута к стене. Сначала подумал, что она в самом деле сломана. Наверное, и Деликата решил так же.

— Наверняка. Продолжай, дорогой.

— Я тебе уже все рассказал. — Колльер не смотрел на Модести.

— Еще раз нам всем расскажи.

Стив закрыл глаза.

— Я пришел в себя. Встал. Голова гудит, ничего не соображаю. Подошел к телефону и набрал номер, который ты мне дала для связи с Таррантом. Сообщил ему, что случилось. Таррант велел ничего не говорить про Дайну, когда прибудет полиция. Сказал, что сам все урегулирует и свяжется с вами. А пока пошлет за мной машину с кем-нибудь, кто проследит, чтобы полиция не задавала мне много вопросов, не была чересчур любопытной. Потом повесил трубку. Минуты через две примчались двое полицейских из Бенилдона.

Сработала сигнализация у них в участке. Не думаю, чтобы из рассказанного мною они что-нибудь поняли, но, похоже, многого от меня они и не ожидали. Я, наверное, выглядел совершенно свихнувшимся. Я себя так и чувствовал. Что было потом, я плохо помню. Меня привезли в полицейский участок, и доктор осмотрел меня. Затем приехал человек Тарранта и доставил меня сюда.

Колльер наконец прекратил рвать сигаретную упаковку. Руки у него тряслись, и он сунул их под мышки.

— Простите меня. — Он опустошенно взглянул на Вилли. — Звучит, конечно, патетично, но мне в самом деле просто отчаянно жаль.

На секунду окаменевшее лицо Гарвина расслабилось.

— Не упрекайте себя слишком сильно, — устало ответил он. — Когда я делал эти решетки, я не имел в виду людей, подобных Деликате.