Читаем Вижу цель полностью

Однако сейчас начиналась вторая – и, скорее всего, основная – фаза сражения. Противник двигался навстречу оперативным группам холодян, а эти отряды, в свою очередь, маневрировали, стараясь занять в пространстве наиболее удобные позиции. Тридцать седьмая эскадра, пополненная двадцатью двумя крейсерами и тремя кораблями-матками, в этих телодвижениях не участвовала. Адмирал Бэр поставил ее прикрывать тыл группировки, и сейчас корабли эскадры прятались за линией импровизированных орбитальных фортов. Конечно, не лучшая позиция для человека, привычного к активным действиям, но Эрик обсуждать приказ командира не стал и оказался прав. Бэр рассчитал все правильно и грамотно организовал сражение. Очередь Эрика пришла только на 87-й минуте второй фазы сражения, когда неожиданным ударом из глубины своего построения бёза прорвали фронт холодян и попытались с ходу атаковать «форты» планетарной обороны. Ракетоносцы Эрика – а их у него было девяносто два на одних только «носителях» – парировали этот выпад, контратаковав бёза сдвоенным фланговым ударом по сходящимся траекториям. Контратака прошла без преувеличения блестяще, но по ходу разгоревшегося боя Эрик увидел шанс нанести бёза куда больший урон и, воспользовавшись моментом – противник слишком увлекся атакой, – вбил клин отряда крейсеров в разрыв, неожиданно образовавшийся в построении бёза. Вот где была отчаянная рубка: холодяне и бёза расстреливали друг друга в упор. Однако развития эта операция не получила. Эрик вовремя заметил угрозу, возникшую со стороны группы легких сил противника, нацелившейся во фланг контратакующим, и оттянул назад выполнившие задачу-минимум крейсера. В ходе сражения он еще трижды контратаковал прорывающиеся к планете вражеские отряды и в двух из этих схваток поучаствовал лично. Просто не смог отказать себе в удовольствии сойтись с противником лицом к лицу.

В прошлый раз, то есть в Первом сражении в системе Альфы Октопуса, его флагманский крейсер всего-то и успел, что немного пострелять из главного калибра, да еще выпустил с дальней дистанции штук десять тяжелых противокорабельных ракет. Зато сегодня все было по-взрослому: и артиллерийская дуэль, и пуски ракет, и ближняя оборона крейсера. В отчаянной контратаке «Флибур» повел за собой весь наличный резерв: семь крейсеров и сорок три ракетоносца, которым Эрик приказал держаться в кильватере тяжелых кораблей. Идея оказалась более чем удачной, хотя Эрик по-прежнему не понимал, что в этом особенного: решение, что называется, само напрашивалось. Однако по факту, крейсера прикрыли своими корпусами и мощным оборонительным периметром идущие вслед за ними атакующие фрегаты, выводя ракетоносцы буквально на дистанцию пистолетного выстрела. И те не обманули ожиданий – устроили внутри расположения бёза молодецкую забаву, известную на императорском флоте под кодовым названием «Лиса в курятнике».

В общем, холодяне сражение выиграли, разгромив наголову превосходящие силы противника, и в очередной раз удержали систему Альфы Октопуса. А 37-ю эскадру вскоре отозвали на переформирование в связи с переводом в линейные силы флота, и следующие два месяца Эрик провел на базе флота в системе Цезаря, где на орбите планеты Гайя его эскадру не только пополняли техникой и людьми, но и приводили в порядок после двух отчаянных схваток с бёза. Ремонтировали и довооружали корабли, заменяли старые крейсера на новые, а «халки» 101-й серии на их более мощных собратьев 103-й серии. Здесь же Эрик окончательно поправился и даже успел забыть о том, в каком дрянном состоянии находился еще недавно, сразу после Первой битвы в системе Альфы Октопуса…

* * *

В принципе, переформирование – хорошее время. Это вам скажет любой военный человек, и Эрик в этом смысле отнюдь не исключение. Работы у него, конечно, хватало и здесь, но зато не висела над ним дамокловым мечом угроза вторжения бёза, а это дорогого стоит. Война осталась где-то позади, и происходившие на фронтах события впрямую его сейчас не касались. Так что он смог наконец расслабиться и выкроить время на себя любимого. Ему нужно было восстановить силы растренированного организма, не мешало также кое-что почитать, повышая свой культурный уровень, да и над профессиональными умениями и навыками не грех было потрудиться. И хорошо, что так. Занятый своими делами, он не забивал себе голову напрасными душевными терзаниями, на самом деле смирившись с тем, что любовь всей его жизни осталась в империи – и почта оттуда пока на эту сторону Пустоты не поступала, – а здесь, на Холоде, живет-поживает в ожидании ребенка его законная жена нобилла-патрициана Катя Антония Мориц Вильф. Ей он писал письма, так как устойчивой связи с отдаленной флотской базой Холод пока не установил, и получал письма от нее. Ничего интересного, обычные женские благоглупости, но, с другой стороны, чего еще он мог от нее ожидать?