Читаем Вьюга теней полностью

– Долго мы будем смотреть, как изгаляется старый дуралей? – наконец не выдержал Фонарщик.

– Он не старый дуралей! – тут же окрысился Кли-кли. – Это Гло-гло, один из самых великих шаманов нашего времени!

– А ты почем знаешь? – ехидно спросил Халлас.

– Знаю, и все! – недовольно надулся Кли-кли и уставился на носки своих сапог. – Он, кстати, является хранителем Книги Пророчеств Великого шамана Тре-тре.

Мумр поглазел на прыгающего шамана и уважительно присвистнул.

Бум-м-м! Бум-м-м! Бум-м-м! – едва слышно пели барабаны орков.

– Так, не ровен час, нас догонят, милорд! – Теперь уже не выдержал терпеливый Угорь.

– Ой! – пискнул Кли-кли и закрыл глаза руками.

Фонарщик витиевато выругался. Все остальные уставились на то, что сделал Гло-гло. А посмотреть было на что! Гоблин закончил колдовать, и все листья в пределах видимости опали с деревьев и зависли в воздухе. Затем к висящим в воздухе прибавились листья, до этого преспокойно лежавшие на земле. Далее произошло и вовсе странное – создавалось впечатление, что тысячи рук принялись рвать несчастные листья и не успокоились до той поры, пока от каждого листочка не осталась сотня очень маленьких кусочков. Миг, и лес наполнился угрожающим гулом, который издавали тысячи крыльев созданий, появившихся из кусочков листьев. Над лесом зависла густая, темная, колышущаяся живая туча. А затем каждый кусочек этой огромной и необъятной тучи принялся расти, и рос до тех пор, пока не вымахал размером с добрый кулачище.

– Спаси нас боги! – попытался перекричать гул Халлас.

– Не спасут! – крикнул Угорь.

А затем гоблин махнул рукой в ту сторону, где звучали барабаны, и туча, состоявшая из волшебных пчел, устремилась прочь. Их были тысячи, и это действительно было очень страшно. Одна из пчел вырвалась из тучи и полетела к нам. Она зависла в трех ярдах от нас, и я прекрасно рассмотрел ее сияющие серебром безучастные глаза, мохнатое черно-желтое брюшко и страшное фиолетовое жало. Оса посмотрела на нашу замершую кучку и, видимо удовлетворившись увиденным, полетела догонять своих сестер.

Пошевелились мы лишь после того, как гул пчелиных крыльев стих вдали.

– Ну ни хрена ж себе листики! – выдавил из себя Халлас, опасливо поглядывая на Гло-гло.

– Рад, что тебе понравилось, гном. – Гло-гло, устало морщась, подошел к нам. – Неделю подготавливал это заклятие, так что самому было интересно, что из этого получится. Теперь мне надо отдохнуть полчасика. Можете никуда не торопиться – Первые сейчас будут слишком заняты, чтобы еще и о вас вспоминать. Всех мои летуньи не поубивают, шаманы Первых тоже не зря шаманами называются. Они опомнятся секунд через пятнадцать после того, как увидят, что к ним прилетело, но, пока они их нейтрализуют, три сотни покойников среди орков я гарантирую.

Цифра впечатляла, впрочем, как и заклятие.

– Гном, у тебя вода есть?

Халлас поспешно протянул свою фляжку Гло-гло. Тот отхлебнул, вернул флягу обратно и произнес:

– Все, погуляйте с полчасика под дождичком, а я тут под деревцем посижу и сил наберусь.

Эграсса вновь согласился с гоблином, и мы отошли в сторону, оставив шамана одного. Без листьев лес был голым, а от этого казался еще холоднее.

– Ты видел это? – пораженно спросил у Фонарщика Делер.

– А ты? Ни за какие посулы Сагры я бы не согласился поменяться с орками местами.

– Я же говорил вам, что это сам Гло-гло! – сделал страшные глаза Кли-кли. – А вы, раздолбаи, меня не слушали! Скажите спасибо, что он вас в червяков не превратил!

Халлас испуганно покосился на гоблина. Гло-гло сидел, закрыв глаза, и, казалось, спал.

– Это очень сильный шаман. Самый сильный из виденных мной. Чтобы сотворить Пчел возмездия, потребовалось бы пятеро наших шаманов из Первого десятка! – тихо сказал эльф милорду Алистану.

Тот, как всегда, молчаливо кивнул и уселся под ближайшим кленом.

– Думаю, мы ничего не потеряем, если подождем, когда он придет в себя.

– Вы заметили, что барабаны смолкли? – вякнул из-под капюшона шут.

Мы прислушались. Действительно, в Заграбе стояла полная тишина, лишь осторожно журчал ручей, стараясь не привлекать к себе внимания великого шамана. У меня постепенно начала появляться одна очень интересная мыслишка. Если предположить, что…

– …Да Гаррет же! – Голос Кли-кли вырвал меня из задумчивости. – Ты, конечно, ничего не слышал из того, что я тебе здесь говорил?

Гоблин стоял, уперев руки в бока.

– А? Прости, Кли-кли. Задумался.

Шут вздохнул и вновь спросил меня:

– Где твой арбалет? Орки отобрали?

– Нет, в Храд Спайне оставил.

– Расскажешь, как там было?

– Не сейчас. Может, как-нибудь потом.

– Понимаю, – вздохнул Кли-кли и перестал теребить меня вопросами.

– Тяжело пришлось, Гаррет? – участливо спросил Халлас.

– Угу.

– Но все же ты сделал то, что сказал тебе король. Молодец, Гаррет. Я рад, что ошибался в тебе, – неожиданно подал голос капитан гвардии.

– Спасибо, милорд Алистан.

Я стянул капюшон и подставил лицо под струи вновь усилившегося дождя. Кто-то тихонько ойкнул.

– Что с твоими волосами, Гаррет? – спросил Угорь.

– А что с ними?