Читаем Вице-адмирал Нельсон полностью

Вскоре, готовя корабли к переходу в Неаполь, английский контр-адмирал уже уговаривал короля Фердинанда.

– Ваше величество, не желаете ли присоединить к своей короне такую жемчужину, как Мальта?

Король только что вернулся с охоты и был полон приятных ощущений.

– Не надо мне вашей Мальты, Нельсон! – замахал он руками. – Я не знаю, как мне возвратиться в Неаполь, а тут еще Мальта! Там же французы! Зачем мне новая головная боль?!

– Но, ваше величество, – не унимался Нельсон, – я просто напоминаю вам указ императора Карла Пятого, который, отдавая в шестнадцатом веке остров в правление монашествующим рыцарям, оговорил, что если они когда-нибудь покинут остров, то он перейдет под власть сицилийских королей.

– Что бы ни говорил Карл Пятый 250 лет назад, но мне сейчас не до Мальты! Там и без меня целая очередь желающих! – ответил Фердинанд вполне разумно.

– Тогда не будете ли вы против, если Великобритания от вашего имени возьмет на себя заботу об острове? – снова перешел в наступление Нельсон.

– Ради бога! – махнул рукой Фердинанд. – Делайте с ней что угодно, меня это не касается!

– Прекрасно! – вступил в разговор сэр Гамильтон и достал бумаги. – Скрепим наше соглашение подписями и печатями!

Фердинанд IV безропотно черкнул пером, его секретарь скрепил подпись гербовой печатью.

– Разрешите откланяться, ваше величество! – склонили головы Нельсон и Гамильтон.

– Кажется, дело сделано! – обменялись они мнением, когда покинули королевский дворец. – Рано или поздно, но Мальта будет нашей!

На следующий день Нельсон с Эммой уже обговорили все вопросы с Марией Каролиной, а еще несколько дней спустя король Фердинанд IV официально объявил, что провозглашает себя законным правителем Мальты.

Таким образом, теперь на Мальту претендовали два «законных» властителя: император Павел I, ставленник не смирившихся с потерей острова рыцарей, и король Фердинанд – в силу стародавнего испанского документа, вытянутого на свет божий Нельсоном и леди Гамильтон.

О своем ставленнике Нельсон сразу же известил блокировавшего остров капитана Белла: «Король Неаполитанский есть законный государь острова Мальта, и я согласен с тем, что его флаг должен развеваться во всех пунктах острова. Но так как можно не сомневаться, что неаполитанский гарнизон сдаст остров любому, кто пожелает заплатить, то необходимо, чтобы Мальта находилась под покровительством Великобритании на всем протяжении войны. Поэтому король Неаполитанский желает, чтобы во всех пунктах, где развевается неаполитанский флаг, рядом с ним был поднят английский флаг. Я уверен, что неаполитанское правительство без каких-либо возражений уступит владение Мальтой Англии. На днях я вместе с сэром Уильямом Гамильтоном добился у короля тайного обещания не уступать Мальту никому без согласия британского правительства. Вы не должны допустить, чтобы на острове развевался какой-либо флаг, кроме английского и неаполитанского. В случае, если какая-либо группа мальтийцев захочет поднять русский флаг, то впредь ни король, ни я не позволим мальтийцам ввозить из Сицилии хлеб для собственных нужд».

Что и говорить, это был сильный ход. Впрочем, обладать Мальтой должен был тот, кто ее захватит. Для того чтобы оправдать владение островом, аргументы имелись у всех. Однако если Ушаков вел себя в отношении англичан весьма корректно, как и подобает союзнику, то Нельсон, не без оснований боясь энергичного и предприимчивого русского адмирала, действовал откровенно враждебно.

Удивительно, но неприязнь к русским, которую обнаруживает в своих письмах Нельсон, совершенно не помешала ему выпрашивать у них награды. В эти дни Нельсон трижды пишет в Петербург, прося российского императора наградить мальтийскими крестами капитана Белла, который уже больше года блокирует Мальту, и… леди Гамильтон – за ее невиданную заботу и гостеприимство к бежавшим с острова мальтийцам.

Подумав, Павел I велел переслать Нельсону два креста. Что касается награждения капитана Белла, то оно было вполне объяснимо, однако награждение леди Гамильтон было явно притянуто за уши. В Англии известие, что жена посла удостоена российской награды, вызвало немало разговоров и популярности леди Гамильтон не прибавило.

Сам Нельсон сразу же заказал портрет любимой с мальтийским крестом на груди и повесил его в своей каюте. А Мария Каролина сочла скромный крест недостойным своей блистательной подруги и велела украсить его бриллиантами.

Тем временем отряд капитан-лейтенанта Белла вместе с итальянскими повстанцами уже вышел на окраины Неаполя.

– Нам на короля, что на острове Сицилийском отсиживается, наплевать с грот-мачты! – говорили между собой русские матросы. – Нам батюшке Суворову помочь надобно! Он на севере италийском француза колотит, а мы здесь, на юге, его по холке двинем! Пусть чешется!

Русский отряд капитан-лейтенанта Белла, в несколько недель освободив Калабрию и соединившись с ополченцами кардинала Руффо, уже стоял у стен Неаполя, готовясь к штурму.