Читаем Витпанк полностью

— Да ведь это же одна из тех лампочек, что ты заставила меня купить у того чудика, который вчера тут околачивался — ну, ты его помнишь. Он сказал, что деньги пойдут на благое дело, а я спросил: «На какое дело?», а он сказал — причем не сразу, а так, словно ему пришлось что-то сочинять, — он сказал: «На слепых».

— Я помню, что ты нагрубил ему, Гарри Вард, и именно поэтому мне и пришлось заставить тебя купить коробку. Иногда ты ведешь себя так, словно тебя воспитали орангутанги.

— Я ничего не мог с собой поделать, — сказал Гарри. — «Лампочки для слепых — все равно что беруши для глухих», — сказал я ему. И это было действительно смешно, черт побери, а он даже не засмеялся! И я ведь купил у него целую коробку этих лампочек, не так ли? А в ней их две дюжины, Мардж! — Гарри взял лампочку и осмотрел ее, прищурив глаза. — С виду вроде все в порядке, и это максимум, что можно сказать — судя по виду того парня, который ими торговал. Подумать только — такая жара, градусов, наверное, девяносто в тени, а он в пальто, лицо белое как штукатурка, губы красные — не иначе как губная помада, Мардж! — да еще и шарф намотал на шею, словно он замерзает!

— Бедняжке, наверное, нездоровилось, Гарри. — Мардж вздохнула. Ее муж не был чутким человеком. Разумеется, у него имелись свои достоинства, но иногда у нее появлялось желание назвать все своими именами. Сорок лет назад он действительно выглядел красавцем со своими усами, и от него исходила какая-то гипнотическая энергия, нечто поэтическое… Теперь усы давно канули в прошлое, а энергия превратилась в постоянную мучительную озабоченность — как у старой девы, которая убеждена, что у нее в квартире утечка газа.

— Гарри, я собиралась вязать, — напомнила Мардж.

— Ладно, ладно, — сказал Гарри. — Тебе всегда не хватало терпения.

Гарри наклонился над лампой и ввернул лампочку. Комната осветилась.

— Смотри-ка, работает! — сказал Гарри.

— Конечно, работает, — подтвердила Мардж.

Гарри вернулся к себе в подвал, а Мардж вернулась к своему вязанию. Она немного подремала и проснулась около десяти вечера, когда Гарри вновь поднялся наверх.

— Я иду спать, — сказал он.

— А я, наверное, еще почитаю, — сказала Мардж. — Мне совсем не хочется спать.

Она проследила взглядом, как ее муж поднимается по лестнице. Подождала, пока за ним закроется дверь спальни, а затем прошла на кухню. Нашла в шкафу коробку с лампочками. Потом вытащила стремянку, установила ее посреди комнаты, залезла на нее и заменила все три лампочки в люстре. Старые она выбросила в мусорный ящик и перешла в столовую.

К тому времени, когда она перетащила стремянку на верхний этаж и выкрутила лампочку в ванной, она уже основательно подустала. Никогда не заподозришь, какое количество электрических лампочек находится в доме, до тех пор, пока тебе не придется заменять их все одновременно.

И зачем, зачем ей понадобилось заниматься подобными вещами? Если бы ее спросили об этом — если бы какой-нибудь заинтересованный наблюдатель положил руку ей на плечо и остановил ее, — Мардж ответила бы: «Даже не знаю… Пожалуй, я не могу сказать, зачем я это делаю».

Но рядом не было никого, кто мог бы задать подобный вопрос, и потому Мардж думала только о том, насколько это утомительная задача. Ну вот; а спальне придется подождать до утра.

Странный парень, продавший Вардам электрические лампочки, был волшебником по имени Эрнест Джонс. В результате несчастного случая, приключившегося с ним при попытке вызвать неких демонов, он попал в рабство к Дивному Народу, и теперь выполнял их поручение, распространяя лампочки, которые должны были их призывать.

Несмотря на ослепительное солнце Флориды, он замерзал на этой работе. Он промерз до самых костей, от макушки до пяток.

Эрнест вернулся к фургону и как раз укладывал в коробку последнюю лампочку когда в трейлере появился его соперник — высокий, сладкоречивый волшебник по имени Блейк.

— Я знаю, что ты затеваешь, — сказал Блейк. — Ты освещаешь мир, чтобы Дивные могли найти в него путь.

— Может быть, и так, — сказал Джонс. — Я бы посоветовал тебе заниматься своими делами.

— Твой совет запоздал, — сказал Блейк. — Я вчера следил за тобой. Я знаю, что ты затеваешь, и я не позволю, чтобы это произошло.

— Послушай-ка, что я тебе скажу, — сказал Джонс, поворачиваясь к нему. — Я могу вписать и тебя тоже. Ты тоже будешь в Авангарде. Дивный Народ может быть очень великодушным по отношению к тем, кто им помогает.

Блейк, худощавый, надменный юноша с властными манерами, засмеялся.

— Боюсь, я уже подписал другой контракт. Я заключил сделку с Вечной Бездной.

Из своего объемистого, как у любого волшебника, кармана, Блейк вытащил электрическую лампочку.

— И у меня есть собственные маяки, — сказал он.

Джонс испустил хриплый гортанный рев и набросился на собеседника, сбив его с ног. Лампочка выпала и разбилась об пол. По линолеуму, издав короткий лай, метнулось черное, отливающее металлом, похожее на ящерицу существо.

Джонс и Блейк боролись, катаясь по полу. Внезапно тело Блейка обмякло, и Джонс поднялся на ноги.