Глава 7. История #d0d1d9

Я шла и думала о том, как мне не хватает ЕГО. Просто шла по улице, зная, что ничего уже не могу поделать. И это самое ужасное в жизни, когда ничего нельзя сделать. Я присела на лавку. Сегодня был солнечный прохладный день. Руки – в карманах куртки, глаза закрыты, на лице – никаких эмоций. Просто слезы льются из закрытых глаз. Они самые отчаянные – слезы из закрытых глаз. Льются, и ты даже не стараешься их вытирать. От безысходности и бессилия. Я сидела в этом бездействии, и оно безумно давило, разрывая меня изнутри. Хорошо, что был ветер, сильный такой… Я так благодарна ему за то, что он носился вокруг, создавая тем самым хотя бы иллюзию движения. Из солидарности со мной он тоже не был спокоен. Он дул мне в лицо, как мама в детстве дует на рану, чтобы не жгло. Трепал мне волосы, словно понимал, как мне хочется мчаться, что-нибудь делать, но я не могу. Благодаря ему казалось, будто что-то происходит, что я все-таки куда-то лечу.

Ветер прозрачен. Часто люди вокруг бывают прозрачными, особенно, когда очень нужны. Я осталась одна со своей тоской. Все вокруг не замечали меня, быть может, не находили слов, предпочитали молчать, исчезли…

Можно оставаться прозрачным, но так, чтобы было понятно: ты рядом. Дать знать каким-то поступком, не оставлять… Нельзя нарисовать сам ветер, рисуют его дела. И становится ясно: он здесь. Надутый парус – здесь ветер толкает корабль; а здесь он заставил мужчину снять пиджак и накинуть его на плечи женщине; тут разлетаются семена одуванчика – это ветер сеет новую жизнь; деревья молчат, если нет ветра, оживают только с его дыханием… Мне тоже нужно было чье-то дыхание, чтобы ожить.

Сегодня все и всё было прозрачным, я была одна. Если бы не ветер, я бы сошла с ума от тишины и такого нелепого покоя вокруг, когда так хочется бежать…

Глава 8. История #9ec062

В коридоре валяются кеды, значит, он дома, мой младший брат. Мне 19, ему 14. Он такой забавный, разный такой. Он все еще, как магнит, притягивает к себе все подряд, без разбора: чужие привычки, кусочки разных стилей одежды. Такой возраст… Позже все лишнее, надеюсь, отсеется. Я всё жду, когда он наконец-то перестанет носить эти дурацкие огромные часы, которые так нелепо смотрятся на его юношеской руке. Они скорее бы подошли его лучшему другу, тому крупному парню, который как раз мечтал о таких. Некоторое время назад он показывал нам с братом эти часы в журнале, говоря, что у его отца есть похожие, военные, которыми тот дорожит и никому не разрешает до них дотрагиваться. Так вот, такие часы недавно появились у брата. Зачем они ему?! Уверен, что за лето у него останется огромный незагорелый след на руке под этим «будильником», так что уж потом придется их носить все время, пока не сойдет загар.