Пора тебе разбираться в том, что плохо и что хорошо. Другие цари, твои ровесники, ищут царства и славы, а ты ищешь лишь Вис и ее кормилицу; ты потерял совесть и стыд. Доколе будет продолжаться твое распутство? Ушло время игр и развлечений. Доколе будешь скакать на коне но ристалищу дерзости? Что за дьявол угнетает тебя, насмехается над тобой, служа которому, ты забыл о боге? Я боюсь за тебя, что ты в конце концов обрадуешь врагов своих. Если ты послушаешься меня, раба твоего, ты избавишься от порицаний и бедствий; горе твое обратится в радость, и несчастье — а божью милость. Если же ты не пресытился такой жизнью, считай, что я тебе как будто ничего не говорил и ты ничего от меня не слышал. Возьми себя в руки, пока с тобой не случилась беда; ведь тебя словно носит по морю, а мы на берегу, и нам, взирающим, остается только смотреть. Умоляю тебя, прости меня за то, что я осмелился сказать тебе все это. А теперь, как тебе угодно, так и поступай.

Когда Рамин выслушал поучения Бего, он уподобился навьюченному ослу, который завяз в тине и лишился сил. Лицо его то желтело, подобно шафрану, то становилось хмурым. И ом так сказал Бего:

— Я знаю, что ты говоришь это, чтобы мне помочь. Но мое сердце ранено любовью и потому не подчиняется разуму. Но, выслушав твой любезный совет, я использую твое наставление. Из моего жалкого сердца я вырву любовь к Вис, и отныне оно не будет стремиться к исполнению своего желания, и слезы не будут течь по моим ланитам, как но канавам. Я завтра же покину Ирак и страну Махи и далее мысленно не приближусь к странам, где могут оказаться красавицы, не пущу в сердце ничью любовь и не совершу поступков, которые опозорили бы меня на веки вечные.

40.

ПОУЧЕНИЕ, НАСТАВЛЕНИЕ И ВРАЗУМЛЕНИЕ ВИС ШАХОМ МОАБАДОМ

В то время, когда Бего наставлял Рамина, Моабаду захотелось вразумить Вис. Он стал поучать ее ласковыми, нежными словами. Он так говорил ей:

— О прекрасная госпожа, дарующая мне душу! Ты сама знаешь, сколько я перенес из-за тебя горя, и как я страдал от безумной любви, и сколько раз ты приводила меня в отчаянье. Своими недостойными поступками ты увеличивала мое горе и сделала меня посмешищем. Нет прелести которой у тебя бы не было, нет славы, которой бы мне не хватало. Я буду царем царей, а ты будешь царицей красавиц. Пусть не будут разлучены наши сердца. До конца дней наших останемся возлюбленными. Будь владычицей стран, городов, войск, сокровищ и дворцов! Для меня достаточно того, что буду называться царем, всеми же делами можешь управлять ты. Делай, что твоей душе угодно, играй и веселись, где только окажется прекрасное место, раздавай сокровища и управляй. Все, чем я владею, принадлежит тебе, ты достойна владеть сокровищами в тысячу раз большими, чем мои. Пусть мои вазиры будут твоими, пусть мои ученые будут твоими прислужниками. Приказывай им, что тебе угодно, и они будут исполнять твою волю. Тебя, а не меня, лучше украшают царский сан и величие, а я буду только твоим возлюбленным, ревностным исполнителем твоей воли и желаний. Можно ли найти на земле человека, который не стал бы охотно твоим послушным рабом? Внемли моему поучению и не будь так неустойчива, как орех на куполе. Я тебе желаю добра и призываю к благоразумию. Я не такой злопамятный, как ты, таящая в сердце одно, а языком говорящая другое. Душа моя жаждет правды, и язык мой говорит правду. Сердце мое всегда ищет любви, и язык славит добро. Поступай и ты так же прямодушно. Не будь в отношении меня лживой и вероломной. Если ты послушаешься моего совета, не будешь поступать недостойно, изменишь свой нрав, заслуживающий презрения, и уступишь мне, — то станешь столь желанной, что великие цари будут целовать порог твоего дворца в страхе перед тобой. Если же ты будешь вести себя по-прежнему, то обретешь во мне врага, подобного которому не найти во всем мире. Не делай этого, о луна моя, питай ко мне уваженье, остерегайся вражды, ибо я страшен и для хищных зверей. Устыдись почтенной Шахро, вспомни свой славный род, доброту твоего брата, которые осрамлены и опозорены тобой. Будь у тебя чувство стыда перед богом или перед Шахро и Виро, ты бы поступала, как подобает, и почитала бы меня. Но ты не уважаешь такую мать, как Шахро, и не считаешься с таким братом, как Виро, — как же ты сможешь обрадовать меня? Могу ли питать надежду, что ты будешь послушной, если даже слух о моей славе и величии дойдет до небес. Скажи правду, будь откровенной, заклинаю именем бога! Открой, что ты таишь в сердце: любовь или вражду? Я не в силах больше переносить такую жизнь. Пусть опротивеет и тебе твой нрав. Последнее время ты как будто внимала моим поучениям, но все же не изменила своего нрава. А мне надоело тебя поучать. Твои поступки разгласили мою тайну. Я не могу дольше терпеть и не хочу больше умолять.

Каменное сердце Вис, по божьему велению, уподобилось воску. Выслушав слова Моабада, она встала и так ему ответила: