Читаем Високосный убийца полностью

Любопытно… И необычно. Не терпелось спросить, за что Крид угодил в колонию. Впрочем, пусть Кэйхилл рассказывает по порядку — и сам дойдет до этого места.

— И как он вас напугал?

Бывший куратор расцепил руки и почесал указательным пальцем висок.

— С головой у него была беда. Обманул почти весь персонал, директора тоже. Да и меня… пока однажды не раскрылся. — Глаза Кэйхилла затуманили воспоминания. — Причем специально. Знал, что мне страшно, и радовался!

Нина, чуть ли не ерзая от нетерпения, подалась ближе.

— Что произошло?

— Никогда не забуду… Мы с местным психиатром пригласили Крида поговорить. Его родители умерли.

Нина с Уэйдом обменялись взглядами. Вот оно, травматичное событие из детства, которое меняет жизнь преступников.

— И как отреагировал Дэнни?

— Не плакал, не расстроился — вообще никаких чувств! Только обозлился. Особенно на мать, все звал ее «сукой». — Кэйхилла невольно передернуло. — Глаза у него были холодные, пустые. Как у змеи. Ничего человеческого. А я еще пожалел его, сироту… Никто из родственников не хотел иметь с ним дел. Это мы ему тоже передали.

Крид вполне подходил на роль подозреваемого из-за своей озлобленности на мать.

— А он что?

— Еще сильнее разозлился. Опять же, только на мать. Во всем ее винил. Она, мол, всех против него настроила. — Кэйхилл побледнел. — А потом и выдал…

— Что выдал? — Нина старалась говорить поменьше, не мешать потоку воспоминаний.

— Когда он к нам поступил, я прочел копии протокола из суда. Хотел побольше узнать про Крида — все-таки меня назначили его куратором… Ни разу за все заседание парень не признался в том, что сотворил с младшей сестрой. Я подумал, так ему велел адвокат, — но нет. Он с самого начала все отрицал, еще до суда! Говорил, произошел несчастный случай, да только ему не верили. Все твердил: его, мол, наказали за преступление, которого он не совершал.

Геррера с трудом скрывала волнение. Пришла пора задать главный вопрос:

— А в чем его обвиняли?

Кэйхилл судорожно сглотнул.

— Он убил сестру через день после ее рождения.

Нина скрыла волнение, хотя признание Кэйхилла кардинально изменило расследование.

— Дэнни Крида обвинили в убийстве новорожденной сестры? — уточнила она.

Бывший куратор кивнул.

— Он уверял, что это случайно вышло. — Его передернуло. — Да так убедительно, даже я поначалу поверил… Парень как попал в колонию, так и принялся всем доказывать, что невиновен. — Помолчав немного, Кэйхилл добавил: — До того дня, когда мы ему сообщили: его мать застрелила отца, затем себя. В кабинете были только мы с доктором Новаком, а камера наблюдения там не висела. Наверное, Дэнни испытал шок, поэтому признался — и даже глазом не моргнул! Сказал, что убил родную сестру… — Кэйхилла снова передернуло. — Принялся описывать, как задушил ее подушкой, а сам улыбается во весь рот. Говорю вам, у меня волосы дыбом встали!

Нина постаралась не выдать ужаса.

— А вы что?

— А что мы? На следующий день Дэнни стал собой, словно и не говорил ничего. Даже когда доктор Новак ему напомнил, заявил, что мы его неправильно поняли. Отрицал, что во всем сознался.

— Манипулировал и вами, и доктором, — впервые подал голос Уэйд.

Кэйхилл яростно закивал.

— Он все время так делал! В кучу драк ввязался из-за этого. Мы уже подумывали записывать каждое его слово. Никак не получалось поймать его за руку! Никогда не брал на себя вину, никому просто так не помогал, ни одну живую душу не жалел.

Уэйд многозначительно поглядел на Нину. Слова Кэйхилла идеально совпадали с психологическим портретом, созданным в самом начале расследования. Нина чуть склонила голову в знак уважения к профайлеру: он блестяще справился с работой.

— К нам однажды поступил парнишка без обеих ног — ампутировали после аварии. Подсел на болеутоляющие и иногда подворовывал, когда доктора постепенно перестали давать таблетки. Он кого-то подстрелил во время ограбления. Вот суд и направил парня к нам — и наказание отбывать, и лечение от зависимости проходить. Казалось бы, уж его-то Крид не тронет… — Бывший куратор презрительно хмыкнул. — Захожу один раз к тому парнишке и вижу: Дэнни сел на него, прижал ему руки к кровати, накрыл лицо полотенцем и льет воду. Я его оттащил и спрашиваю: «Какого дьявола ты творишь?!» Знаете, что он ответил?

Агенты покачали головой, и Кэйхилл наклонился к ним.

— Сказал, что всегда хотел попробовать пытку водой. Такой эксперимент. — Он поджал губы. — Я ни капли не поверил. Никакой это был не эксперимент, он просто мучил парнишку. Ревновал, что кому-то уделяют больше внимания.

— И как вы поступили?

— Пошел к доктору Новаку. Только он мне и верил. Жертвы Дэнни боялись жаловаться, а нападал он в укромных местах, где не было камер, — например, в туалете. Новак сказал, что у Дэнни антисоциальное расстройство личности, а против этого нет лекарств. Оставалось только защищать других детей.