Читаем Високосный убийца полностью

Уэйд окинул ее внимательным взглядом.

— О чем задумались, Геррера?

— То есть?

— Я умею читать людей.

Нина еще отхлебнула напиток, пытаясь выиграть время.

— Вспомнила Кармен Кардону…

— Знаю, она была под наркотиками и все такое, но как она могла навредить собственному ребенку? — недоумевала Брек. — Точнее, ребенку, которого считала своим. — Агент нахмурилась. — Да вообще любому ребенку?!

Уэйд и Нина рассказали коллегам историю Кардоны. Тогда Геррера еще перевела слова Кармен как «Я ее поцеловала».

Сегодня они обдумывали факты: во-первых, Кармен винила себя, плакала и воскликнула: «Что я натворила?» Во-вторых, она употребляла наркотики через несколько недель после родов и попала в отчаянное положение. И наконец, ее дочка буквально исчезла после выписки из больницы. О девочке не осталось никаких сведений. Поэтому команда заключила: скорее всего, Кармен убила ребенка, ставшего обузой.

Им хотелось помочь близким Виктора и Марии, но без Кардоны это было невозможно.

— Давайте признаем, — заговорил Кент. — Мы никак не сможем обвинить пациентку психушки из-за одного только подозрения, что она кого-то убила тридцать лет назад. Даже если чудом найдем доказательства, ее не осудят.

Нина хотела отвернуться, однако пристальный взгляд Уэйда приковал ее к месту.

— Геррера? — допытывался старший профайлер.

Пришла пора сделать выбор.

— Когда мы ушли из «Елизаветы», я все думала о словах Кармен…

Агент выжидающе молчал. Следовательно, превратился в доктора Джеффри Уэйда, психолога на допросе. Пока она не выложит все, он не успокоится.

— Кардона под конец расплакалась, и я услышала besar, то есть «поцеловать». Теперь мне кажется, она произнесла basura, «мусорный бак». — Нина не стала пускаться в дебри испанской грамматики. — Скорее всего, она сказала: «La dejé en la basura».

— «Я выбросила ее в мусор», — объяснил остальным Кент.

— Мусор?.. — Уэйд перевел взгляд с Кента на Нину.

Во рту у нее стало сухо. Когда она только устраивалась в ФБР, старший профайлер давал ей психологическую оценку и прекрасно знал о ее прошлом.

— Кармен сказала, что они с клиентом встретились в Вирджинии, — медленно произнес Уэйд.

— Да. Мне скоро двадцать восемь. — Дав им минутку, Нина продолжила: — Неизвестно, когда у меня день рождения. Возможно, он прошел…

— Двадцать третьего февраля, — закончил Уэйд.

Брек прижала ладонь ко рту.

— Погодите! Девочка из дела Ла Йороны родилась двадцать третьего февраля, затем мать отвезла ее в Мэриленд. А потом, говорите, она выбросила ребенка где-то в Вирджинии?

Уэйд поднял руку, прерывая обсуждение.

— Геррера, вы и есть пропавшая дочь Виктора и Марии Вега?

Она шумно сглотнула.

— Прошлой ночью я проверила, сколько девочек-латиноамериканок бросили в мусорный бак в Северной Вирджинии двадцать восемь лет назад.

Воцарилось молчание.

— Одну, — хриплым шепотом закончила она.

Кент сжал ее ладонь.

— Нина…

В детстве ей досталось мало сочувствия, нежности или попросту доброты. Мягкое прикосновение Кента, теплота и участие в его голосе показались нестерпимыми. Она отдернула руку.

— Судьба была к вам необычайно жестока, агент Геррера, — вздохнул Уэйд. — Не хочу вас еще больше мучить, но вы и сами понимаете: нужно точно определить вашу связь с жертвами.

— Второй раз допросим Кармен! — решила Брек.

Уэйд покачал головой.

— Доктор Мэтьюз сообщила, что она впала в ступор после нашего визита. Нас уже не пустят.

Нина сразу перешла к волнующему ее вопросу:

— Я хочу продолжить работу над делом. Для обеих семей я незнакомка и ни с кем из них раньше не общалась. Объективность никуда не денется.

— Дурите себя сколько угодно, а со мной не выйдет. — Старший профайлер скептически поднял бровь.

Самообман? Пусть так. Ей хотелось… Нет, необходимо было вести расследование! Геррера уже пожалела о своей откровенности, как вдруг подала голос Брек:

— Ваша ДНК есть в частных клиниках? Таких, где определяют генеалогическое древо или ищут родственников?

Она покачала головой.

— Зачем искать людей, которые выбросили меня на помойку?

За долгие годы Нина ожесточилась в этом вопросе. Родители от нее избавились. Иной причины она не видела. Мысли о семье пришлось обнести глухой стеной, дабы оградить себя от боли.

Брек улыбнулась уголком губ.

— Повезло нам: под рукой одна из лучших кримлабораторий в мире! Я помогла кое-какому лаборанту, когда работала в Отделе киберпреступлений. — Она улыбнулась еще шире. — Он у меня в долгу. Попрошу сравнить ваш образец ДНК с профилем Виктора и Марии из ОИСД.

— Ваш знакомый сегодня работает? — с опаской поинтересовалась Нина.

— Полчаса назад стоял на парковке.

— Он может тайком провести сопоставление? — удивился Кент. — Такое вообще возможно?

На щеках у Брек появились ямочки.

— Найдет способ. — Помолчав немного, она добавила: — Хотя придется подождать час-другой.

— После обеда мы летим в Финикс, — напомнил Кент.

— Он мне позвонит и все расскажет. Наверное, мы как раз приземлимся.

— А он примет мазок от «неизвестного источника»? — Нина пальцами изобразила кавычки.