Читаем Високосный убийца полностью

Нина собралась с духом и приготовилась узнать страшную правду.

— Как произошло убийство? — спросила она Переса, встав в коридоре.

— Мы полагаем, младенца он задушил первым, — начал рассказ специальный агент, и на мгновение в его карих глазах мелькнула печаль. — Затем понес тело в спальню родителей. У них была радионяня, но проснулись они только от звука выстрела. Вероятно, супруги держали двери открытыми на случай, если устройство станет барахлить. Вот почему убийца бесшумно входил в комнаты.

— Многие родители ставят кроватку в своей спальне на первые несколько месяцев, — вставила Брек. — Моя сестра так делала.

— Не думаю, что это его остановило бы, — мрачно бросил Уэйд.

— И я, — согласился Перес. — Он убил отца одним выстрелом в сердце. Скорее всего, хотел устранить его первым.

— Звук, очевидно, разбудил жену, — подхватила Нина. — А заодно соседей.

Перес покачал головой.

— Каждый участок — пять акров, а в домах прекрасная звукоизоляция. В ту ночь не поступало жалоб на шум.

Детская казалась нетронутой, за исключением беспорядка после сбора улик. Закончив осмотр, команда направилась в главную спальню, повторяя путь убийцы. Нина проследовала в комнату за остальными, обвела взглядом окровавленный матрас и забрызганные простыни.

— Судя по баллистическим данным, субъект стоял примерно в пятнадцати футах, когда застрелил отца, — объявил Перес. — Однако сумел попасть прямо в цель, да еще в темноте.

— Прибор ночного видения, — Кент кивнул. — Эту технологию использовали еще со времен Второй мировой. Лазерный целеуказатель тоже не исключаю — он в ходу с восьмидесятых.

— Думаете, подозреваемый — военный? — поинтересовалась Нина.

Как член разведгруппы, Кент участвовал во многих ночных миссиях.

— Нет, — решительно сказал он. — Но умеет обращаться с оружием. Армейское снаряжение мог купить онлайн или в частном стрелковом клубе.

Да, верно. Военные не выбирают места размещения, а убийства десятилетиями продолжались по всей стране — будь преступник в вооруженных силах, он попросту потерял бы работу. К тому же описанные Кентом и Уэйдом черты характера совсем не подходили профессии, требующей самопожертвования и строгого подчинения старшим по званию.

— А вдруг он боевик? — предположила Брек.

— Наш тип — одиночка, — не согласился Кент. — И достаточно скрытен, чтобы хранить оружие в тайне от других. Думаю, стрелять он тоже учился сам.

— За городом полно подходящих мест, — добавил Перес. — Финикс — это нечто вроде оазиса, вокруг которого сплошная пустыня. — Он заглянул в ванную и вернулся к рассказу: — Полагаю, преступник шантажировал мать ребенком — возможно, угрожал поранить девочку, если женщина не подчинится требованиям.

Нина вообразила себя на месте матери и с трудом удержалась от крепкого словца.

— Несчастная даже не знала, что ее дочь уже мертва, и наверняка согласилась на все.

— Мы тоже так считаем, — разделил мнение Перес. — Очевидно, он не толкал ее в ванну, просто приказал залезть: никаких следов борьбы нет.

Нина посмотрела на брызги крови, засохшие на гладком фарфоровом кафеле прямо над бортиком большого джакузи. Тело давно унесли, и все же среди кровавых пятен вырисовывался силуэт женщины, умершей здесь несколько дней назад.

Геррера поставила себя на место одновременно жертвы и мучителя, как учил ее Уэйд.

— Интересно, догадалась ли мать, — прошептала она.

— Что скоро умрет? — понял Перес.

— И что ее семья убита. Включая ребенка.

Уэйд пристально посмотрел на Нину:

— Я и сам об этом думал. Вероятно, субъект того и добивался.

— С чего такой вывод? — поинтересовался Перес.

Профайлер вышел из ванной обратно в спальню, затем в коридор.

— Ни сексуального насилия, ни ограбления, — принялся перечислять он на ходу, — ни вандализма, ни порчи имущества. — Остановился и оглядел собравшихся вокруг коллег. — Он хотел причинить как можно больше моральных страданий.

— Однако отец даже не успел ничего понять, да и младенец тоже, — напомнил Перес.

— Именно. — Уэйд ничуть не сомневался в своем выводе. — Объектом его ярости — его гнева и мести — была мать.

Повисло задумчивое молчание.

Уэйд продолжил излагать свое мнение:

— Причинив ей худшую боль для всякой матери, он повесил на женщину вину: опорочил ее и в смерти. Убийство собственной семьи — чудовищное преступление, оно противоречит самой идее материнства.

Кент кивнул.

— У этого типа большие проблемы с матерью, вот увидите.

Какая бездушная тварь могла так поступить? Нина повидала разных негодяев, но теперь, силясь понять мотивы преступника, она столкнулась со злом в чистом виде.