Читаем Виски с лимоном полностью

Она лишилась всех пальцев на ногах, больших и малых половых губ, четырех пальцев на руках и обоих ушей. Ничто из этого не было найдено. Не было обнаружено и никаких следов спермы, хотя очевидный сексуальный характер преступления позволял заключить, что изнасилование могло иметь место и что либо сношение было прерванным, либо преступник использовал презерватив.

В моче жертвы содержался уже известный нам секобарбитала натрия, а на левом предплечье виднелась отметина от укола шприцем.

Никаких указаний на личность погибшей не было обнаружено, и девушка официально была зарегистрирована как Джейн Доу № 2. Специалисту похоронного бюро пришлось почти два часа потрудиться над ее лицом и волосами, чтобы придать им насколько можно жизнеподобный вид. Затем была сделана цифровая фотография, и электронным способом, с помощью компьютера, нарисованы глаза.

Восстановленный портрет был передан в СМИ с таким расчетом, чтобы успел появиться в шестичасовых вечерних новостях вместе с аналогичной фотографией первой девушки. Тех, кто знал какую-либо из них или имел какую-либо полезную информацию по данному делу, просили связаться по телефону со специальной следственной бригадой. Харб отрядил группу из шести полицейских клерков отвечать на звонки с мест. Всех их тщательно проинструктировали насчет обстоятельств дела, чтобы они могли распознавать и отсекать всяческих психов и искателей острых ощущений.

Вторая записка была написана теми же самыми чернилами, на точно такой же бумаге, что и первая. Ни отпечатков, ни волос, ни волокон кожи на ней выявлено не было.

Два злополучных магазина «Севен илевен» отстояли друг от друга на расстояние восьми кварталов. Я подумывала о том, чтобы поставить полицейских в штатском наблюдать за каждым ночным магазинчиком в Чикаго, но нам потребовалось бы человек пятьсот, чтобы круглые сутки держать под наблюдением сто с чем-то торговых точек. Вместо этого я расставила группы у пятнадцати магазинов в радиусе двадцати кварталов от места первой находки, а затем набросала листовку-памятку для раздачи хозяевам этих заведений. В листовке предписывалось владельцам работающих допоздна магазинов следить, не появится ли некто, пытающийся стащить мусорный контейнер, или выставить на площадку новый, или симулировать эпилептический припадок.

После составления памятки я позвонила на первый этаж, сержанту, дежурившей за столом в приемной, и попросила ее собрать в здании всех ночных патрульных. Ночной смене была продемонстрирована та же самая видеопленка, с подростком и алказельцером, ранее уже показанная дневной смене. Причем с теми же самыми результатами. Никто не узнал ни подозреваемого, ни его метод действия.

Я не охватила еще и трети патрульных нашей округи, но мой оптимизм начал угасать. Известно, что физиономии правонарушителей в наше время надо искать в компьютере, поэтому я провела быстрый поиск молодых белых магазинных воришек и получила более восьми тысяч попаданий. Даже если привлечь помощь со стороны, все равно их разработка заняла бы несметное число лет.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Если и существовала какая-то связующая нить между тем, что мы имели на сегодняшний день, и нашим преступником, то, видно, я была слишком тупа, чтобы ее обнаружить. Я была ничуть не ближе к поимке изувера, чем в тот день, когда приняла дело к расследованию.

Я вставила в плейер видеопленку со второго места происшествия и просмотрела ее, впервые увидев, как Бенедикт забирает записку, пришпиленную к ягодицам второй Джейн Доу. После этого картинка стала еще более страшной, потому что качество видеоизображения было очень хорошим.

Видеосъемка с места первой находки велась вечером, под дождем, да еще таким оператором, который плохо понимал разницу между фокусировкой и масштабом. В этом же фильме изображение было чистым, четким и очень крупным. Когда пленка закончилась, у меня совершенно отсутствовало желание немедленно начать просматривать ее снова.

Однако я все-таки проделала это еще раз. А потом — еще, всякий раз коченея от ужаса и стараясь выискать хоть что-нибудь, что могло бы дать ключ к разгадке.

Во время пятого или шестого просмотра мысли мои начали блуждать. Неужели именно так собиралась провести я остаток жизни? Бенедикт сейчас сидит дома, с женой. Они смотрят телевизор или занимаются любовью. Или едят, что более вероятно. Но, что бы они ни делали, они делали это вместе. У них была общая жизнь. Я же сидела здесь одна, в полном одиночестве, изучая чью-то смерть.

Ну, а какова альтернатива? Пойди домой вымыться, переодеться и рвануть по барам? Конечно, я могла бы позволить кому-то меня подцепить, на одну ночь задушить одиночество. Но я нуждалась в чем-то более существенном, чем просто легкий ни к чему не обязывающий секс.

В чем я нуждалась, чего мне не хватало в течение последних чертовых пятнадцати лет, так это любви. И я не считала, что бары — это то место, где ее можно найти.

Я с тоской и сожалением подумала о своем бывшем муже. Алане.