Читаем Вишневые воры полностью

– Позвоните мне, если состояние миссис Мэйбрик изменится, – сказал доктор Грин, и Доуви пошла его провожать. Мэтью сказал, что ему нужно позвонить, и тоже ушел вниз. Судя по всему, вердикт доктора – «переутомление» – его вполне удовлетворил.

– И что нам теперь делать? – спросила Розалинда, когда мы остались одни. Ее беспомощность пугала меня. Эстер с Розалиндой могли принять решение в любой ситуации, и теперь я боялась, что вокруг не осталось никого, кто мог бы нам помочь. Я хотела вновь украсить голову Эстер венком из маргариток, назвать ее королевой-розой девичьего сада распускающихся бутонов, чтобы она засияла, как тогда, на лугу. Вместо этого я смотрела на стену с астрами за ее спиной и шептала: «Хочу, хочу…»

3

– Ну что там?

Беспокойно ожидавшая новостей Розалинда повернулась к Зили, которая только что вошла в нашу гостиную.

– Она все еще с ней. – сказала Зили. – Ничего не говорит.

Белинда уже несколько часов сидела у кровати Эстер. Она неслышно вошла в комнату, в своем обычном льняном платье, волосы заколоты наверх, с ног до головы белая, как мотылек; ее глаза смотрели только на Эстер, словно никого из нас в комнате не было. Она попросила нас оставить их вдвоем, и мы ушли. С тех пор она молча сидела у кровати дочери, держа ее за руку и время от времени промокая ее лоб влажным полотенцем.

Доуви принесла нам поднос с бутербродами – ветчина с горчицей на треугольных половинках хлеба – и кувшин лимонада, в котором уже растаял лед, а на поверхности плавали сморщенные листья мяты.

Взяв половинку бутерброда, Зили забралась на подоконник.

– Там Мэтью в саду, – сказала она, глядя в окно и вяло покусывая уголок хлеба.

– И что он делает? – спросила Розалинда.

– Курит и ходит туда-сюда.

Розалинда умоляла папу и Мэтью не слушать доктора Грина и отвезти Эстер в больницу, но мужчины доверились диагнозу «переутомление» и больше слышать ни о чем не желали.

– Не понимаю, почему никто ничего не предпринимает! – сказала Розалинда. – Наша сестра лежит без движения, от нее осталась лишь оболочка, и никто в этом доме не выказывает никакого беспокойства! Мэтью курит на улице, отец неизвестно где, а наша мать – наша безумная мать! – которая всю неделю вещала нам о конце света, теперь просто сидит у ее кровати и молчит. Розалинда осеклась, но лишь на секунду; несколькими резкими движениями она утерла выступившие на глазах слезы, явно раздосадованная, что те осмелились прервать эту вспышку праведного гнева. Сидевшая рядом с ней Калла потянулась к ней и похлопала ее по плечу, но от этого прикосновения Розалинда лишь вскочила на ноги.

– Нет, – сказала она. – Так дело не пойдет! Мы знаем Эстер лучше, чем кто бы то ни было. Ей очень плохо. – Она перевела дух, укрепляясь в своей решимости. Это снова была та Розалинда, которую я ждала все утро.

– Мы можем сами отвезти Эстер в больницу, – сказала Дафни.

– Да, – согласилась Розалинда еще до того, как Дафни закончила говорить. – Мэтью в саду, а отец, наверное, засел в своем кабинете. Они не сразу заметят, а когда мы уедем, они уже ничего не сделают.

– А разве нельзя вызвать «Скорую»? – спросила Калла.

– Папа наверняка отошлет их обратно, – сказала Розалинда. – А мы больше не можем терять время, неужели ты не понимаешь?

– Но как мы донесем Эстер до автомобиля? – спросила Калла.

– Проще простого, – сказала Дафни. Двое берут ее под руки, двое поднимают ноги, кто-то один идет впереди.

– Мне кажется, мы не сможем, – сказала Калла.

– Сможем! – ответила Розалинда. – За руль сяду я.

– Но врачи в больнице – они ведь такие же, как доктор Грин? Нас просто отправят домой, – сказала Калла.

– А мы им не позволим. – Я не открывала рта с тех пор, как мы вышли из спальни Эстер. Я понимала, что мне не слишком-то рады, хоть никто сейчас и не обращал на меня особого внимания, но молчать я больше не могла. Розалинда была права – если мы не сделаем что-нибудь немедленно, с Эстер случится что-то ужасное. Я всю неделю знала, что это должно случиться, но теперь со мной была согласна не только Белинда. – Мы откажемся уходить из больницы, пока они не начнут ее лечить, – сказала я. – Если они попытаются выгнать нас, я устрою скандал. Им придется вызвать полицию, чтобы нас выставить.

– Так и сделаем, – согласилась Розалинда. – Но нам нужно торопиться! Зили, спускайся вниз, найди ключи от автомобиля и жди нас у выхода.

Мы встали и выстроились гуськом за спиной Розалинды, которая подошла к двери и выглянула в коридор. Вокруг было тихо, в коридоре никого не было. Она кивнула нам.

Мы высыпали из гостиной и помчались к спальне Эстер и Розалинды, с твердым намерением забрать ее и увезти прочь. В тот короткий миг мы все приободрились. Нас было не остановить. Мы были силой, которая спасет нашу сестру.

И вдруг…

Раздался крик. Нет, это кричала не Белинда – ее крики мы хорошо знали. То, что мы услышали, было больше похоже на завывание. Мы все ринулись к спальне, но в коридоре я вдруг остановилась, не в силах пошевелиться. Этот вой я уже слышала прошлой ночью.

Мы опоздали.

4