Читаем Вишенка на торте полностью

Жан Е. уже сидит за столом на высоком стульчике и набивает рот хлопьями, ритмично притопывая ногами. Жан Д. еще такой сонный, что даже забывает плохо выговаривать слова и буквы. Что же касается Жана Г., то он занят тем, что тренируется намазывать сухарики маслом так, чтобы они не ломались — в будние дни у него никогда не хватает на это времени. Мы слышали такой полезный совет по телевизору: нужно положить один сухарик на другой и намазать маслом тот, что сверху. Но Жан Г. очень ловкий парень, примерно такой же ловкий, как его игрушечные солдатики. Он держит сухарики так осторожно, как будто это граната с выдернутой чекой, но только все его старания напрасны — сухарики взрываются у него в руках, и крошек на скатерти оказывается, конечно, в два раза больше, чем было бы, держи он в руках только один сухарик.

— Ничего, — говорит папа с несвойственным ему терпением. — Может, тебе лучше намазать сухарик вареньем?

Никто не решается произнести это вслух, потому что варенье готовила мама, но мы все терпеть его не можем. Мама считает, что мы должны привыкать к разнообразным вкусам, поэтому она обожает всякие оригинальные рецепты. Ее последняя находка — варенье из зеленых помидоров, кислющая штуковина с кучей семечек, которые застревают в зубах.

— Варенье из помидоров? — скривился Жан А., когда мама предложила нам его в первый раз. — Фу! Я не стану есть овощи на завтрак, ни за что!

— Дети! — сказала мама, которая никогда не упускает возможности расширить наш кругозор, даже если дело происходит за завтраком. — Вам бы следовало знать, что помидор — это фрукт, хотя все и привыкли думать иначе. Он очень полезен, богат витаминами и к тому же те, кто ест много помидоров, вырастают приятными людьми!

Жан А. почувствовал, что последняя фраза предназначалась для него.

— А мне плевать на витамины, — пробурчал он себе под нос.

— Что ты сказал? — спросил папа.

— Я сказал… — поспешил исправиться Жан А, — сказал, что эта… эм-м… эта вещь из помидоров и в самом деле… как бы такая… незабываемая.

— Значит, я не ослышался, — удовлетворенно кивнул папа, которому совсем не хотелось взрываться во время воскресного завтрака.

Жан В. всегда приходит последним, с такими всклокоченными волосами, как будто на его кровать упала атомная бомба. Он садится за стол, зевает, успевает несколько раз от чего-нибудь откусить и почти сразу же снова засыпает, окунувшись носом в чашку с какао.

Надо сказать, он у нас немного лунатик, этот Жан В.

Как-то утром папа и мама наткнулись на него, заснувшего на пороге их спальни. На плечах у него висел школьный портфель, а одет он был в ковбойский жилет, вывернутый наизнанку и натянутый прямо поверх пижамы.

С того дня каждый раз, когда моя коллекция брелоков или водонепроницаемые часы, которые я получил на Рождество, исчезают в одном из ящиков его письменного стола, Жан В. принимает оскорбленный вид и пускается в объяснения:

— Я же не виноват, что я лунатик! Я, наверное, стянул все это у тебя, когда спал, — и сам этого даже не заметил!

Лунатик он или нет, но к завтраку Жан В. всегда приходит последним — и поэтому со стола по воскресеньям тоже убирает всегда он. Ну, так ему и надо, этому чурбану.

Завтрак мы съедаем очень быстро. Погода прекрасная, и глупо просиживать полдня за столом.

— У меня есть отличная мысль! — сказал как-то в воскресенье папа. — В Морском музее открылась увлекательнейшая выставка, посвященная тропическим болезням. Что, если нам…

— Дорогой, мы уже ходили на эту выставку в прошлое воскресенье, — напомнила ему мама, которая не испытывает большой любви к тропическим болезням.

— Ты в этом уверена?

— Это там были такие огромные фотографии больных проказой?[13] — уточнил Жан В.

— Ладно, ладно, — произнес папа, стараясь скрыть разочарование. — Нет так нет. У меня есть другая отличная мысль. Как вы смотрите на то, чтобы совершить длительную оздоровительную прогулку к фортификационным сооружениям на горе Фарон?

— Прогулку? — переспросили все мы. — Ты хочешь, чтобы мы забрались туда пешком?

Фарон — это гора, которая возвышается над Тулоном. Один раз мы туда уже поднялись, по канатной дороге. Она высоченная, эта гора! Пешком нам бы пришлось карабкаться на нее несколько часов, продираясь сквозь колючие кустарники и наваленные на пути камни.

— Возьмем с собой еду для пикника, — бодро продолжал папа. — Заберемся на вершину, устроим привал под открытым небом и посмотрим на уникальные образцы военной архитектуры.