Читаем Вирус бессмертия полностью

— Новых фактов и доказательств нет, ваша честь, — и тут же снова уселся. Вудс был близок к истерике. Судья, как и ждал Келлет, секунду колебался, потом провозгласил:

— Приговор суда первой инстанции и определение Апелляционного суда оставлены в силе.

Чувствуя ком в горле, Келлет снова поднялся.

— Ходатайствую о разрешении подать апелляцию, ваша честь.

Секретарь изумленно покосился на него и даже открыл было рот, чтобы заговорить. Даже охранник проявил вялый интерес: не часто увидишь, как адвокат ставит себя в дурацкое положение.

Однако Судья перерабатывал ходатайство так же старательно, как ранее перерабатывал материалы дела. В конце концов он сказал:

— Ходатайство отклонено.

Продолжая стоять, Келлет спросил:

— На каком основании, ваша честь?

Ответ он мог бы повторить слово в слово. Он безукоризненно соответствовал установленной формулировке:

— После того как вынесено определение Верховного суда, подавать апелляцию некуда, поскольку не существует более авторитетного суда, чем Верховный. Ходатайство бессмысленно. Невозможно привести апелляционный механизм в действие; отсюда следует, что ходатайство о разрешении на апелляцию должно быть отклонено.

Конечно, все зависело от заложенной в робота программы, но Келлет решил рискнуть. Этот робот, предназначенный для Верховного суда, должен быть запрограммирован шире, чем средний низовой судья. Келлет молил судьбу, чтобы программа по-настоящему широко охватывала историю права.

— Существует суд, стоящий выше Верховного, — возразил он. — Я намереваюсь апеллировать к Богу.

— Мистер Келлет! — воскликнул секретарь суда. Охранник хихикнул.

— Я не располагаю данными, достаточными для того, чтобы понять ваш довод, мистер Келлет, — сказал Судья.

— Ваша честь знакомы с концепцией Бога? — спросил Келлет. Он слегка вспотел. Не может быть, чтобы проклятая машина не имела представления о Боге.

— Да, в самых общих чертах.

— А известно ли вашей чести, что суды считают Бога Всевышним? — Это была не столь твердая почва, и Келлет приготовился услышать возражение.

Ему не пришлось долго ждать.

— Во всем, что касается права, Верховный суд остается Верховным, мистер Келлет.

— Когда Верховный суд — даже Верховный суд — вызывает свидетеля, он требует, чтобы свидетель принес присягу перед лицом всемогущего Бога, ваша честь. Отсюда следует, что государство ставит Бога превыше суда, ваша честь. Иначе присягу приносили бы перед лицом Верховного суда или Судьи Верховного суда.

Келлет с особой ясностью осознал сюрреалистическую природу своей аргументации. Судья-человек давно бы привлек его к ответственности за неуважение к суду, но Судья-робот устроен иначе. Он не отличает здравых доводов от нелепых, лишь бы доводы оставались логичными и не противоречили программе, заложенной в него.

Келлет сделал глубокий вдох.

— Я предлагаю направить дело на апелляцию к Богу как к всевышнему судье, признанному государством.

Он выждал.

С едва уловимым шипением статических разрядов Судья осведомился:

— Если я удовлетворю ваше ходатайство, мистер Келлет, каким образом предлагаете вы подать апелляцию?

Этого вопроса он больше всего боялся.

— Ввиду того что человеку дано предстать перед лицом Господа лишь после смерти, — заговорил Келлет, борясь с неудержимым желанием расхохотаться, — я бы просил отсрочить приведение приговора в исполнение, пока мой подзащитный не проживет отпущенный ему срок жизни. После смерти апелляция будет заслушана, и, если приговор останется в силе, можно будет привести его в исполнение.

На этот раз он задержал дыхание. Даже робот не все стерпит.

— Можете ли вы сослаться на прецедент подобного решения? — спросил Судья. Он уже методично обшаривал свои емкие запоминающие устройства в поисках аналогичного дела. Теперь все зависит от того, как он запрограммирован.

— В средние века, — ответил Келлет, — был распространен суд божий.

В комнате воцарилась тишина. Густая и тяжелая, она висела добрую минуту, а потом Судья сказал:

— Это верно, мистер Келлет, но в тех процессах вина подсудимого определялась при помощи жеребьевки — использовался какой-либо механизм случайности, например, кости, и Бог принимал сторону правого, обеспечивая благоприятный для него результат. Там не было речи о том, чтобы ждать естественной смерти подсудимого.

Соображая на ходу в самом буквальном смысле слова, Келлет без колебаний заявил:

— В таком случае, ваша честь, я изменю ходатайство и буду просить о пересмотре дела путем бросания костей.

Он скользнул взглядом по Вудсу, которого, казалось, парализовало все происходящее.

После мучительной, почти минутной паузы Судья провозгласил:

— Я вынужден удовлетворить ваше ходатайство, мистер Келлет. Руководствуясь основаниями, которые вы изложили, я назначаю новый суд.

* * *

Разумеется, это была сенсация стереовидения. Даже в те дни, в тот век репортеры гонялись за странными и диковинными событиями.