В то же время Никс отрицал всякую связь, выступая перед парламентариями. Его слова таковы: «Мы никогда не работали с российской организацией в России или другой компанией. У нас нет никаких отношений с Россией или российскими гражданами». Что касается Когана, то одно из его выступлений в России звучало как «Новые методы коммуникации как эффективный политический инструмент».

Дж. Ченселлор, который работал вместе с А. Коганом, сейчас трудится в Фейсбуке[195]. У них была общая фирма Global Science Research, и проблема состоит в том, что 30 миллионов пользователей даже не подозревали, что их «лайки» и демографическая информация из профиля в Фейсбуке использовались для влияния на американских избирателей[196]. Правда, Cambridge Analytica отвечала на запросы, что никакой работы с «лайками» она не ведет.

Коган создал свою фирму Global Science Research в 2014 г. из-за того, что факультет психологии в Кембридже не дал ему использовать его собственные данные для коммерческих целей. И тут возникает одна по-настоящему известная фирма Strategic Communication Laboratories (SCL), работающая на военных. Ее заинтересовала возможность создавать месседжи, отталкиваясь от демографических и других данных.

2 декабря 2014 г. Коган выступал в Сингапуре на тему «Социальная наука больших данных: как большие данные революционизируют нашу науку»[197]. Он рассказал, что работает с двумя базами данных. В одной пятьдесят миллионов индивидов, по которым они могут предсказывать любую характеристику. Во второй — зафиксирована всякая дружба в Фейсбуке, появившаяся в 2006–2012 гг. Здесь можно определить просоциальность, психологическое состояние и здоровье.

Не надо думать, что перед нами какая-то подпольная и запрещенная технология. Обаму дважды избирали таким способом (см. нашу статью на эту тему[198]). Просто всеобщее внимание к выборам в 2016 г. привлекло то, что было российское вмешательство, которое также базировалось на личностной информации из Фейсбука.

Российские журналисты сами опасаются определенного развития события, подчеркивая, что «не исключен сценарий, в котором Cambridge Analytica свяжут не только с кембриджским профессором, но и с Кремлем»[199]. И вполне возможно, что они окажутся правы, поскольку уже появились первые статьи, более детально рассказывающие о времени его пребывания в России[200]. Тем более в краже документов Клинтон из Демократического национального комитета и дальнейшей передаче их в Викиликс засветились офицеры ГРУ[201].

Информационные интервенции являются принципиально новым инструментарием, роль которого будет только возрастать в дальнейшем, поскольку они не только являются относительно дешевыми, но и позволяют хорошо прятать основных заказчиков.

3. Войны без войн: от экономических к финансовым битвам

Экономическая война нас сопровождает все время, по крайней мере, в новостях мы слышим о ней очень часто. Трамп объявляет рост пошлин, Европа действует в ответ[202][203][204][205]. Китай и США перманентно находятся в подобной ситуации, причем позиция Китая сильнее, поскольку он может управлять своими государственно зависимыми крупными предприятиями[206]. Китай рассматривается как победитель в экономической войне с США и другими аналитиками[207]. Но все это в рамках экономики, а на поверхности между всеми царит дружба.

На что же нацелена экономическая война? В одном из исследований в первом же предложении говорится, что экономическая война преследует те же цели, что и война обычная. И эта цель названа — разгром наших врагов[208]. И это естественно. Когда у тебя есть враг, реальный или ощущаемый, ты будешь использовать любой инструментарий, который работает против него.

Н. Ламберт подчеркивает разницу сегодняшней экономической войны со стратегическими бомбардировками немецких заводов союзниками во Вторую мировую войну. Он пишет: «В то время как стратегическая бомбардировка была нацелена на способность государства вести войну, и работала с помощью уничтожения, экономическая война нацелена на вражеское общество путем выведения из строя национальной экономики, имея целью быстрый подрыв легитимности и домашней поддержки вражеского государства. И еще — в стратегической бомбардировке гражданские жертвы типично рассматриваются как сопутствующий ущерб, в экономической войне гражданские являются целью»[209].