Читаем Виновный полностью

Судебное помещение под номером тринадцать было почти заполнено. Привели Себастьяна, и он, заняв свое место, огляделся в поисках матери. Кроллы сидели позади него, но на сына не смотрели. На Шарлотте были солнечные очки, которые она постоянно вдавливала в переносицу. Она то скрещивала ноги, то ставила их параллельно. Кеннет посмотрел на часы, а потом на королевского прокурора Гордона Джонса, который, как подумалось Дэниелу, даже без парика ухитрялся быть похожим на директора частной школы. Тощий, с постоянно наклоненным вперед корпусом, Джонс относился к тем людям, возраст которых практически невозможно определить. Ему с равным успехом могло быть и тридцать пять, и шестьдесят. Кожа на его лице плотно обтягивала череп.

— Что вы ели на обед? — поинтересовался у Дэниела Себастьян.

— Сэндвич. А ты?

— Макароны колечками, но они были на вкус какие-то странные. Словно пластмассовые.

— Непорядок, — сказал Дэниел.

— Я совсем немного съел. Они были противные.

— Тогда ты скоро проголодаешься. Хочешь конфету? Тебе тут придется еще посидеть.

Себастьян сунул в рот мятную конфету Дэниела. Тот заметил, как один из журналистов указал пальцем на то, как он делится с мальчиком сладостями, и сделал пометку у себя в блокноте.

С виду Себастьян был вполне доволен собой. Вошел судья. Ирен еще не вернулась, поэтому ее место занял ее помощник. Но послеобеденное заседание было отведено Короне.

Гордон Джонс встал и оперся двумя пальцами о кафедру:

— Господа присяжные, я представляю интересы королевского обвинения. Интересы обвиняемого представляет моя ученая коллега, мисс Кларк.

Он глубоко вдохнул и выдохнул. Это могло быть сделано с целью успокоиться перед выступлением, но Дэниел знал, что это означало вздох.

— Уильям Батлер Йейтс[36] однажды написал, что «у невинных и красивых есть один враг — время». Бен Стокс был невинен, и он был красив. Чудесный восьмилетний мальчик. Ростом он был всего… — Гордон Джонс поднял ладонь, показывая примерный рост Бена.

Мать Бена Стокса вдруг всхлипнула. Весь суд обернулся на нее, муж прижал ее к себе.

Джонс несколько секунд подождал, пока восстановится молчание, и продолжил:

— У него впереди был целый мир: школа, подружки, университет, карьера, семья. Но к несчастью, у Бена, кроме времени, оказался еще один враг. Мы докажем, что он был жестоко забит до смерти тем, кого знал в качестве соседа и товарища по играм, но кого мы изобличим в качестве злостного садиста. В воскресенье, восьмого августа сего года, Бен просто катался на велосипеде рядом со своим домом в Ислингтоне. Он считался тихим ребенком, воспитанным, но стеснительным. Ему очень нравилось кататься на велосипеде, что легко поймут те из вас, у кого есть дети. Но он бросил велосипед на дороге и на следующий день был найден мертвым. Его забили насмерть кирпичом, лежавшим в углу детской площадки, где и было обнаружено тело. Мы докажем, что подсудимый, Себастьян Кролл, убедил Бена оставить свой дом и велосипед и увел его в Барнард-парк, где, по показаниям очевидцев, принялся физически угрожать и издеваться над мальчиком, который был младше и слабее его. Обвинение утверждает, что, когда Бен не захотел больше терпеть это жестокое обращение и решил уйти, Себастьян разозлился и принялся наносить ему смертельные удары, находясь в той части игровой площадки, что скрыта от обзора деревьями. Мы продемонстрируем зверский способ, которым Себастьян Кролл использовал попавшее ему в руки орудие убийства. Это преступление трудно описать словами, но подобные преступления все же достаточно редки. Газеты постараются убедить вас в том, что наше общество загнивает и что крайняя жестокость, которую дети проявляют в отношении сверстников, стала более частым явлением, чем в прошлом. Это не тот случай. К счастью, подобные убийства случаются редко, но их редкость не умаляет их жестокости. Возраст обвиняемого не должен отвлечь вас от фактов данного дела, а именно что маленький мальчик, Бен Стокс, был лишен жизни, не отпраздновав своего девятого дня рождения. Задача обвинения ясна: при отсутствии обоснованного сомнения доказать, что подсудимый, во-первых, совершил действия, повлекшие за собой смерть погибшего, Бена Стокса, и, во-вторых, что он совершал эти действия с твердым намерением убить его или нанести ему серьезную травму. Мы непременно докажем, что подсудимый затеял с Беном Стоксом жестокую драку, выбрав отдаленную и скрытую листвой часть парка, чтобы зверски на него напасть. Мы докажем, что подсудимый сел на погибшего и с размаху опустил кирпич ему на лицо с явным намерением убить. То, что за этим последовало… и я хочу здесь предельной ясности, значение этого факта ни в коей мере не может быть уменьшено малым возрастом подсудимого… То, что за этим последовало, являлось предумышленным убийством. Бен Стокс действительно был красив и невинен, но мы докажем, что подсудимый совершил чудовищное преступление и нет никаких разумных оснований сомневаться в его виновности.