Читаем Винодел полностью

— Согласна. Но я заметила кое-что странное… — Она кивнула в сторону трупа. — Думаю, это как раз по вашей части. Посмотрите на ее стопы. — Эбботт направила фонарик на лбу в нужную сторону и поднесла увеличительное стекло. — Второй палец на правой ноге. Оторванный ноготь. — Она указала на пустую лунку.

Вейл подошла ближе к экрану, Оуэнс продолжал орудовать кнопками.

— Лохмотья в ногтевом ложе… Это ткань?

— Да.

— Ноготь явно оторвали после смерти.

— Именно.

Вейл отошла подальше, чтобы лучше видеть.

— А вы разрешите нам войти внутрь? Так очень сложно что-то понять.

— Регламент по учету вещественных…

— Да-да, доктор, я все понимаю. Но мне нужно рассмотреть детали, которые, возможно, ваша камера не в состоянии зафиксировать.

Оуэнс кивнул.

— Я не возражаю.

Эбботт пожала плечами.

— Пускай заходит. Но только одна.

Робби остался, а они пошли по длинным коридорам, мимо помещения с морозильными камерами, пока не добрались до стерильной комнаты, где Вейл облачилась в защитный костюм, маску и перчатки.

Оуэнс объяснил ей, как добраться до прозекторской:

— Дойдете до умывальника и свернете за угол. Оттуда прямо.

Он вернулся в совещательную комнату, а Вейл пошла дальше.

Все морги выглядят и пахнут одинаково. Это невеселые, порой по-настоящему мрачные помещения, в которых всегда холодно и пустынно. Но этот морг, равно как и все здание в целом, был самым большим и современным на памяти Вейл.

Шагая по натертому до блеска серому полу, она дошла до дальней стены, куда «причаливали» тележки. Справа за стеклом стоял Робби. Он подошел ближе и сказал через интерком слегка измененным голосом:

— Значит, у нас не только отрезанная грудь, но и оторванный ноготь.

— Вы же ищете эти, как их… — начал Оуэнс, стоявший справа от него.

Вейл оторвала взгляд от тела.

— Ритуалы. Любые действия, предпринимаемые преступником, которые не направлены непосредственно на успешное достижение цели. У каждого преступника свои, уникальные ритуалы. Он постоянно их повторяет и не вносит никаких изменений, так что их можно обнаружить на каждой жертве. Если наш НЕПО уже кого-то убивал, его ритуалы помогут связать преступления воедино.

Оуэнс понимающе кивал.

— Ненавижу, когда так получается. Забываешь все, чем не пользуешься регулярно.

— Это не так просто, как может показаться, — сказала Вейл. — И мы постоянно узнаем что-то новое, расширяем наш банк знаний. — Она перевела взгляд на Эбботт. — Еще что-нибудь известно?

— Мы только начали исследовать это… ну, ее… В общем, оба запястья перерезаны. Очень острым предметом, а именно… — Она потянулась к нижней полке под металлическим столом и извлекла оттуда пластиковый пакет с наклейкой, которыми обычно метят улики. Внутри был нож. — Вот этим.

Вейл не стала брать нож в руки, но внимательно его рассмотрела.

— Наверное, принес с собой, — сказала она. — В винной пещере такую штуковину попробуй найди.

— Абсолютно согласен, — сказал по интеркому Оуэнс.

Вейл повернулась к столу спиной.

— Это все?

— Нож был под поясницей потерпевшей. Он хотел, чтобы мы его нашли.

— Судя по всему. Причина смерти?

— Как ни странно, асфиксия. — Эбботт направила свет лампы на шею женщины. — Видите? — Она указала пальцем. — Специфические метки на нижней челюсти. Следы удушения. Жертва двигала головой взад-вперед, из-за этого кожа и стерлась. Рискну предположить, что он использовал какой-то тупой предмет, возможно, даже собственный локоть или лучевую кость, чтобы раздавить ей дыхательное горло.

Вейл поглядела на Робби, старательно тянувшего шею, чтобы заглянуть в монитор.

— Раздавить ей дыхательное горло?

Вейл присмотрелась.

— Это что-то новенькое. Я, кажется, такого еще не видела. Обычно душат руками или какой-нибудь петлей. Но чтобы раздавить горло… Для этого нужна недюжинная сила. Там же столько ткани! Спереди щитовидка и перстневидный хрящ, сзади — позвоночный столб. Да и само дыхательное горло — довольно мощный хрящ.

Эбботт согласно кивала.

— Да, это был очень жестокий поступок.

— Может, он воспользовался каким-то брусом или трубой?

Эбботт, задумавшись, опустила глаза на труп.

— Не думаю. Следов какого-либо инструмента я не обнаружила. Я, конечно, поищу частички металла или краски в порах кожи, но первоначальный осмотр ничего не выявил. С другой стороны, такие частицы находят далеко не всегда. Особенно если предмет был чем-то обернут.

Вейл наклонилась и заглянула в глаза мертвой женщины.

— Петехиальные кровоизлияния?

— Да.

Вейл кивнула.

«Логично».

— Царапины на спине?

Эбботт удивленно приподняла брови.

— Как вы узнали? Есть. На верхней части спины и в теменной доле черепа. И весьма глубокие царапины.

— Он прислонил ее к стене пещеры, когда перекрывал доступ кислорода. А губы… На внутренней стороне есть следы от зубов?

— Думаешь, он зажал ей рот? — спросил Робби.

— Именно.

— Сейчас посмотрим. — Эбботт аккуратно раскрыла женщине рот и, завернув верхнюю губу, посветила лампой. — Ага.

— Значит, он нападал спереди, — заключила Вейл.

— Значит, он, скорее всего, ее знал, — продолжил Робби. — Или усыпил ее бдительность, чтобы приблизиться.

Вейл кивнула.

— Разумный вывод.