Читаем Вино Асканты полностью

Отодвинув тяжелый засов, вольный боец потянул на себя бронзовую дверную ручку, сработанную в форме головы какого-то взлохмаченного чудовища, и осторожно выглянул, держа меч наготове. По обе стороны от двери чернели каменные стены неширокого, изогнутого дугой коридора, справа и слева исчезающего за поворотом. На высоте поднятой руки редкой чередой шли узкие зарешеченные, как и в комнате, окошки, похожие на бойницы. Они почти не пропускали свет и в коридоре царил пропахший пылью полумрак. Грон постоял на пороге, прислушиваясь, - ни единого звука не раздавалось в полумраке, - неслышными шагами скользнул к ближайшему окну, подпрыгнул, вцепился пальцами в холодные колючие металлические прутья и подтянулся на руках. Стекло было пыльным, усеянным черными точками каких-то мошек, но кое-что все же удалось разглядеть. Окно, расположенное почти под крышей, выходило в небольшой дворик, образованный каменными стенами замка, смыкавшимися в квадрат. Грон увидел такие же узкие окошки-бойницы напротив, угловые башни с зубчатыми вершинами, высокую арку в основании одной из башен, перегороженную запертыми воротами, длинное бревно на подпорках вдоль стены - коновязь. Еще он увидел десяток привязанных лошадей и перекинутые через бревно знакомые коричневые плащи озерных метателей. Двор был безлюден, темные окна безжизненно глядели с угрюмых, поросших мхом стен.

Грон спрыгнул на каменный пол и медленно двинулся по коридору. "Значит, метатели действительно разделились у черной скалы, как и говорил Колдун, - думал он. - Один отряд сейчас где-то здесь, в замке. Может быть, они уже ищут меня".

Перебирать возможные решения не приходилось, потому что решение могло быть только одно: разыскать выход и выбраться из замка. Трудно тягаться с метателями в этих узких коридорах, где каждое метко брошенное сзади или сбоку, из какой-нибудь незаметной ниши, копье может оказаться роковым.

Миновав закругление стены, Грон остановился. Коридор уходил в сплошную темноту, а справа в каменной толще чернело что-то похожее на проход. Вольный боец, пригнувшись, осторожно шагнул вперед и нащупал ногой ступени. Держась за круто уходящие вниз деревянные гладкие перила, он начал спускаться по винтовой лестнице, до рези в глазах вглядываясь в темноту. Темнота была застывшей и молчаливой, словно лестница вела сквозь земную толщу в немыслимую бездну, поглотившую когда-то пожирателей звезд.

"Куда лучше встретить противника в открытом поле, - усмехнулся про себя вольный боец. - И желательно, чтобы светило солнце. На худой конец, Ночная Сестра".

Спуск был долгим, но вот лестница сделала очередной виток и Грону показалось, что во мраке возник какой-то слабый отсвет. Он еще больше замедлил шаг, передвинул пояс, чтобы рукоятка кинжала была под рукой кинжалом он владел не хуже, чем метатели своими копьями - и продолжал монотонный спуск, от которого уже начинала немного кружиться голова.

Вскоре он убедился, что не ошибся. Действительно, снизу шел тусклый свет. Ступени наконец кончились и впереди оказалась неплотно прикрытая дверь. Грон заглянул в щель и увидел еще один коридор, освещенный чадящими факелами, закрепленными на покрытых копотью стенах. Коридор выходил на просторную площадку у подножия широкой лестницы, полого взбиравшейся наверх, отражаясь в круглых зеркалах.

"Парадный вход", - определил Грон и выскользнул в коридор, решив в крайнем случае идти напролом, разметать охрану - если она там есть - и вырваться из замка.

Но напролом он пойти не смог. Железные двустворчатые двери, расположенные напротив лестницы на окруженной зеркалами площадке, были заперты на ключ, а их размеры и явственно ощущаемая массивность и монолитность исключали возможность того, что они поддадутся не то что одному вольному бойцу с мечом, но даже целому штурмовому отряду вольных бойцов. Грон безнадежно потолкал их плечом, повертел острием кинжала в замочной скважине, нагнулся и заглянул в сквозное отверстие. Совсем рядом, на расстоянии одного шага, он увидел широкое каменное крыльцо - но этот шаг сделать было невозможно. Оставалось или искать другой выход или вновь забираться наверх и пытаться найти путь на крышу. Или добывать ключ.

Он раздраженно смотрел на свое искаженное нечеткое отражение в настенных зеркалах, слушал слабое потрескивание факелов и чувствовал, как горячо становится в груди, как перехватывает дыхание от нахлынувшей злости.

- Проклятый Колдун! - прошептал он, с трудом удерживаясь от желания обрушить меч на неприступные двери. - Проклятый Колдун... Это ты затащил меня сюда!

Не удержавшись, вольный боец все-таки стукнул кулаком по глухо загудевшей створке, и боль привела его в чувство. Разве лучше было в Лабиринте трех цепей, когда наступила дождливая ночь, и он, безоружный, оказался один против заманивших его в ловушку кровавых кинжальщиков? Подавить гнев - и действовать, действовать, искать выход, пока нигде не видно озерных метателей. Искать!