Где-то там, в Германии, какой-то очередной антисемит Гитлер рвался к власти. Эка невидаль! А вот в Иерусалиме бросили вызов Гистадруту! Это была действительно сенсация. Жаботинский писал огненные статьи. Самая знаменитая из них называлась «Да, сломить». Вот ее последние строки: «Никто не хочет сломить организацию еврейских рабочих. Боже сохрани. Рабочие должны быть организованы. Хочется сломить только претензии на монополию. Это правда. Да — сломить».

Гистадрут опубликовал заявление, «что реакционные ревизионисты рука об руку с „черной буржуазией“ (в лице господина Фрумина) ведут кампанию с целью подорвать само существование Гистадрута». Короче, в конце 1932 года в каждом еврейском доме на Земле Израильской и даже во всем еврейском мире много говорили о «Фруминской стачке». Все это длилось четыре месяца. В Гистадруте сгоряча даже предложили построить новую фабрику, профсоюзную, которая будет выпускать ту же продукцию, что и фруминская, дабы задушить его конкуренцией. Бывали и случаи насилия и вмешательства полиции. Но, в конце концов, Гистадрут признал свое поражение. Тогда зашевелились и другие противники его монополии. Словом, социалисты были озлоблены. Это привело к тяжелым последствиям.

Глава 40

Агрессивность слева

Как известно, «Бейтар» — молодежная организация «ревизионистов» — возник в конце 1923 года в Риге, в независимой тогда Латвии. Тогда же, в середине 20-х годов, когда о Гитлере еще никто не знал, была принята и форма «Бейтара» — коричневые рубашки. (По цвету земли в Стране Израиля). Социалистам «Бейтар» был особенно ненавистен. Позже в своей пропаганде они часто упоминали, что у гитлеровских штурмовиков тоже коричневые рубашки. А Жаботинского с 1933 года нередко обзывали «Владимир Гитлер».

В апреле 1933 года движение «Бейтар» проводило слет в Тель-Авиве и демонстрацию, разрешенную полицией. Небольшие колонны бейтаровцев, разбитые по возрасту, проходили на расстоянии 200 метров одна от другой. Старшие — 18-летние — шли первыми. Толпа социалистов встретила демонстрацию улюлюканьем и свистом. Но первые группы прошли относительно спокойно. Толпа обрушилась на младших — детей 15 лет и меньше. 25 мальчиков и девочек серьезно пострадали и были направлены в больницу. Среди тех кто руководил «красной толпой» в тот день, была «Красная Роза» (урождённая Роза Коган) — видная деятельница еврейского рабочего движения (и Хаганы!). Мать Ицхака Рабина. Жаботинский особо отметил её участие — без женского руководства мужчины могли постыдиться бить детей, особенно девочек.

На следующее утро гистадрутовская газета «Давар» вышла с заголовком: «Тель-Авив требует: „Долой гитлеровскую форму!“» Далее оправдывалось негодование масс в рабочем городе Тель-Авиве. Бейтаровцы, конечно, сами виноваты в случившемся: навлекли на себя гнев провокационным поведением. Но и в социалистическом лагере нашлись люди, в первую очередь Берл Кацнельсон, категорически осудившие насилие. Они, однако, были в меньшинстве. Страсти не улеглись.

Массовая агрессивность слева в дальнейшем будет нарастать. И прекратится только тогда, когда левые потеряют большинство в стране. Речь идет не о выходках отдельных психопатов, которые предотвратить невозможно. Речь идет об организованной травле правых. О нечестной конкуренции.

Глава 41

Начало молодежной алии из Германии

Теперь время обратить свои взоры к Германии. Не стану повторять широко известных истин о приходе Гитлера к власти совершенно законным путем. Нам важнее, что это означало для евреев и как сказалось на сионизме.