Читаем Виктор Глухов полностью

На полу лежало с десяток дворфов с разными степенями травм. — Это не шверды сделали, — понял я, это поработал адвокат в свойственной ему манере. Грубой силе и количеству, он противопоставил свою силу. Я вышел в центр и спросил. — Кто мне скажет, что тут происходит?

— А ты кто такой? — вскричал один из стоящих на ногах дворф с опухшей, окровавленной рожей. Вся его борода была залита кровью и во рту не хватало половины зубов. Жуль увидев меня, обрадовался и потрясая стулом, угрожающе произнес. — Ну все, коротышки, молитесь своим богам. Прибыл мой лорд. Сейчас он вам покажет.

Дворф посмотрел на меня лютым взглядом. — Ты, сопляк, ответишь за своих людишек. Он сплюнул кровавую юшку.

— Да, теперь за этих оболтусов отвечаю я. — Я посмотрел на своего шверда и в слух произнес, — притащи мне этого наглеца.

Через секунду пес волочил по полу дворфа, который истошно вопил. Я поднял его за шиворот, не стесняясь силы, которую мне дал Лиан. — и что я вам должен любезный? — спросил я. В зале установилась мгновенная тишина. Никто не ожидал такого оборота. Дворфы напали на людей Ведьмы. А чем это карается местные знали хорошо.

С пола поднялся и сел, качаясь из стороны в сторону широкий седой дворф. Он тоже выплюнул половину зубов. — Тан приносим свои извинения. Примите откуп. — Он залез в сумку и вытащил мешок. — Здесь пятьдесят монет золотом. Вы удовлетворены?

По моей команде одна из сук выхватила у него кошель и принесла мне. Я взял и сунул в свою сумку. Посчитал раненных и достал одиннадцать флаконов моего исцеляющего зелья. Поставил на стол. — Это вам уважаемые на лечение. Приношу извинение за моих людей. –

Я сделал все чтобы замять скандал, не вдаваясь в подробности. Принял выкуп, дал исцеляющее зелье и принес извинение. Услышав мои слова, зал одобрительно загудел. Дворф помягчел лицом. — Извинения приняты, тан. — Он первым поднялся и подошел к столу открыл флакон и в свою широкую глотку влил эликсир. На наших глазах его лицо стало принимать нормальные здоровые черты. Синева и опухоль сходили как сдувается воздушный шар. Он сунул палец больше похожий на сардельку в рот и удивленно проговорил, — и зубы растут! — А мне пришлось вздохнуть. От выпивки теперь не отвертишься.

Обратно в нашу комнату я тащил на себе Жуля, который был пьян вусмерть и поддерживал под руку Моргана. Внизу остались лежать без чувств одиннадцать дворфов наемников. Как и с гномами я всех перепил, не пьянея, вернее это сделал Лиан, который очищал мой организм, переводя любую доступную энергию в энероны. К огромному удивлению не только дворфов, но и остальных посетителей трактира, я оставался трезв как стеклышко. Даже пору десяток раз выигрывал пари. Но потом со мной спорить перестали и став богаче на 30 золотых корон, я притащил моих непослушных товарищей в номер.

Утром Жуль встал опухший как искусанный пчелами. Он с трудом говорил и подполз на четвереньках к моей кровати. — Милорд, — просипел он еле слышно. — Дайте противоядие.

— Не дам, — ответил я, не открывая глаз. — Мучайся.

— Тогда добейте. Будьте милостивы.

Я поднялся и сел на кровать. — Вот скажи мне, тан, я могу тебе доверять?

— Можете, милорд. — Слова Жулю давались с трудом.

— Тогда почему, я увидел вас с Морганом внизу. — Я говорил вам сидеть в номере и не вылезать?

— Говорили, милорд. Дайте противоядие или убейте.

Понимая что толком поговорить с болеющим похмельем сыном лейера не получиться, я достал два флакона с эликсиром. — Пейте.

Жуль не мог открыть пробку, так как руки у него дрожали. Пришлось отобрать пузырек, открыть и влить в его алчущий рот зелье исцеления. Он глотал так, как будто только что вышел из безводной пустыни. Затем упал животом на пол и и так пролежал минуту другу. Поднялся он вполне здоровым.

— Простите, милорд, это случилось неожиданно. Нам потребовалась горячая вода, что бы обмыться, а где ее взять мы не знали. Одному идти и спросить мне было боязно, вот и взял с собой Адвоката. Простите, милорд, Моргана. А он взял и наступил на ногу одному из бородатых коротышек. Еще сказал ему — не путайся под ногами, мальчик.

— А что? Я хотел проявить вежливость, — отозвался со своей кровати Морган. Я его не заметил. Так он полез драться, достал ножик и стал орать, что вызывает меня на поединок чести. Пришлось отобрать его ножик и сказать что он острый и им можно обрезаться.

Слушая его, я не знал смеяться мне или плакать. Сказать дворфу мальчик и отобрать у него его меч это было верхом оскорбления.

— Ты что, Морган, не смог отличить ребенка от взрослого мужика? — удивился я и еще больше удивился от ответа.

— А как, милорд? Если тут люди с рогами, то почему дети не могут быть с бородой. Дворфы они же маленькие.

— Вот, — радостно продолжил Жуль. — Мы шли к бармену, чтобы попросить воды, а тут нас окружили эти самые бородатые дети. Они бросились на Моргана со всех сторон. Пришлось мне хватать стул и отбиваться. Я прикрывал ему спину.

— А Морган что?