Читаем Виктор Глухов полностью

— Еще бы! — вторглась в мои мысли Шиза своим язвительным голоском. — Ты же растешь, у тебя прибавляется мощи, только ума не прибавляется. Ты же не можешь не спасать, ты у нас герой. Ты, чтобы спасти одного, можешь погубить сотни.

Я в это время размышлял, как незаметно попасть в гостиницу. Шиза права. Жизнь в новом мире для меня складывается так, что вокруг себя сею смерть и боль. Догадываясь, что это неслучайно, я стал считать, что являюсь в руках Провидения каким-то странным, избирательным оружием. Но, быть может, я просто себя таким образом успокаивал, сваливая свои грехи на Провидение. Я уже давно в глубине своего многослойного сознания осознал, что ничего случайного в жизни не происходит. Наши сегодняшние шаги определяют наше будущее, и каждого ведет по жизни его предназначение. Но если мое предназначение — спасать и одновременно крушить, убивать, то мне это очень не нравится. Хотел ли я гибели людей в гостинице? Конечно нет. Но почему тогда так вышло?

— Почему ты не бросил Генри? Ты сделал из него ментального раба и решил, что несешь за него ответственность? — наезжала на меня Шиза.

— Тьфу на тебя еще раз. Отвяжись, мешаешь.

— Только это и можешь, солдафон! — В моих глазах возник красный разгневанный шарик, который загорелся и лопнул.

— Три раза тьфу.

Я уже понял, как попасть внутрь. Надо обежать гостиницу и войти с черного хода. Здесь так принято строить дома. Парадный вход для гостей и хозяев, а черный — для прислуги.

Я обежал здание и остановился у черного входа. Там, к моему облегчению, никого не было. Видимо, прислуга удрала через окна первого этажа. Зеленая жижа вылезла на невысокое крыльцо и булькала.

Через дверь не проберешься, надо через окно второго этажа, решил я и недолго думая, создав заклинание левитации, подтолкнул себя воздушным кулаком. Помня про пинок, который я получил над озером, силу вектора тяги уменьшил, а зря. Меня подбросило, и я, потеряв направление, врезался головой об стену. Цепляясь за каменные выступы и кляня свою неудачу, сполз на тротуар.

Ладно, первый блин комом. Добавлю силу в кулак. Я вновь испытал судьбу, но, видимо, что-то сделал не так, потому что меня, словно снаряд, забросило в окно второго этажа. Я пробил двойные стекла, влетел в комнату и хорошо приложился о потолок. И тут же меня выбросило в боевой режим. Весь пол номера был залит зеленой массой, и мне приходилось падать в нее. Я завис под потолком, вцепившись в люстру. Я не горел желанием закончить дни, как закончил бородатый вампир, поэтому попытался вновь создать заклинание левитации. Не тут-то было. Магического фона хватило лишь на два заклинания. Люстра еле держала меня, и, если бы не ускорение, я уже, наверное, был бы поглощен этими микроскопическими всепожирающими чудовищами. От отчаяния я прокусил руку и создал "кровавый туман".

Я не знаю, было ли это счастье на моей стороне, или, наоборот, судьба решила наконец избавить мир от меня, чтобы спасти остальных, но дверь открылась и в комнату заглянул человек с сигаретой во рту. Он, видимо, был в стельку пьян, потому что спокойно и невнятно пробормотал:

— И здесь… ик… то же самое… Ох и накурили… все в дыму. Где же… ик… мой номер? — и небрежно швырнул сигарету на пол.

Раздавшийся после этого взрыв оглушил меня и вышвырнул из здания на улицу. Что стало с бедолагой, бросившим злосчастную сигарету, я даже боюсь подумать. Мне самому было несладко: пролетев по воздуху и проломив ветви, я ударился о ствол дерева, где и остановил свой полет.

Пока я приходил в себя, под деревом состоялся короткий разговор.

— Ой! Смотри, Карел, этот дядя так же застрял на дереве, как и тот дядя, которого наш папа выкинул из окна маминой спальни. Может, это он и есть.

Я скосил глаза вниз. Под деревом, держась за руки, стояли и смотрели на меня мальчик лет восьми и девочка лет шести.

— Нет, Мара, тот был с длинными волосами, а этот лысый.

Я пощупал рукой голову и обмер: мои волосы, длинные и красивые волосы, полностью сгорели! От них остались одни обожженные пеньки. Одежда тоже висела на мне лохмотьями. А еще обиднее было то, что за выступом балкона, куда я не заглянул, находилась пожарная лестница. И отсюда, с высоты дерева, которое я обнимал, как любимую девушку, мне ее хорошо было видно.

Я спрыгнул с дерева и побежал к лестнице.

— И тот не мог бежать, — услышал я за спиной. — Его увезли в карете скорой помощи. А этот смотри как скачет.

— Но он же почти голый, как и тот, — тонким голоском проводила меня девочка.

Я добрался до лестницы и взобрался на второй этаж, прыгнул на балкон и заглянул в комнату, где произошел взрыв. Обгорелые стены, вывернутые оконные рамы и болтающаяся на одной петле дверь. Но вот плесени не было. Ее просто выжгло в мгновение ока. Из коридора в номер со страхом заглядывали люди, но не решались войти. Курильщик, что бросил сигарету, валялся на полу, не подавая признаков жизни. Рядом с ним у стены, зажав уши, сидели несколько человек, по-видимому оглушенные и контуженные взрывом. В коридоре плесени было мало, и в основном она находилась у дверей номеров.