Читаем ВИКС. Ключник полностью

– И что это такое на тебе? Где ты это взял? – Висевший на поясе меч в потертых ножнах сам собой прыгнул охтану в руку, мгновенное, как выстрел, движение, и кончик клинка бесцеремонно процарапал мой кустарный, покоробленный от схваток панцирь на груди, так же стремительно поочередно коснулся наруча и наголенника. И змеей юркнул обратно в ножны.

Я хотел ответить, но почему-то не смог выдавить ни слова. Тело буквально оцепенело от чудовищной усталости. Мысли и то едва ворочались в голове неподъемными валунами. Взгляд невольно сместился на тушу животного, валявшегося у костра. Один из тех самых «сонных порков», на которых моя группа охотилась днем, – помесь хвостатой белки с кротом, размером с упитанную овцу. Эти чудики прекрасно приспособились к жизни в снегу и большую часть времени проводили в спячке, спасаясь от холода. Но стоило вспугнуть – и нора словно взрывалась снегом, и лишь меткие выстрелы пращников успевали достать животинку раньше, чем она удерет с сумасшедшей скоростью в свое светлое будущее – то есть подальше от загребущих лап охотников. Эта туша была оставлена специально для ночной смены, остальную добычу коби давно уволокли в крепость на прокорм прочей братии.

– Это же запах логова. – Молек тоже подошел и удивленно принюхался, сморщив плоский нос. – Он логовом пахнет! Как…

Похоже, до всех дошло одновременно, и охтаны молча скрестили на мне взгляды. Их точечные зрачки как-то странно подрагивали. Так у них выглядит удивление?

– Неплохо для новичка, – прервал повисшее было вновь молчание Карастер. – Выглядишь жалко, но четыре уровня и подросшие питомцы говорят за себя. Человеки – занятная раса. Без вас здесь стало скучно. Вечно что-нибудь выдумываете. – Он коснулся носком сапога моего наголенника. – Где твой уник? Шмот заныкал или потерял? И что ты пытался сделать с дионисом? Заговорить до смерти? Запомни – у них с нами вражда. Без вариантов. Не ударишь ты – ударят они.

Что-то в этом рассуждении мне показалось неправильным, противоречащим увиденному. Но мысль мелькнула и пропала, растворившись в атаковавшей мозг усталости.

– Оставь его, он не в себе, – бесстрастно вмешался Молек, прервав поток вопросов главаря. – Лживые коротышки бросили его подыхать, лишь бы успеть на вечернее развлечение.

Блуждающий по залу взгляд случайно зацепился за рисунок на стене, выведенный углем, – Чупа творила его в свободное от общественных обязанностей время. Танцующая фейри. Тонкие линии и штрихи, искусно нанесенные углем на неровную каменную поверхность… У Чупы определенно имелся талант. В отблесках колеблющегося пламени от очага рисунок казался живым, еще немного – и фейри взмахнет нарисованными крылышками и взлетит… Мне вдруг стало абсолютно все равно, что еще охтаны скажут. Зря я все-таки сел. Откат после пробежки и логова все-таки меня догнал и сломил последнюю волю к сопротивлению, веки отяжелели свинцовыми плитами, свет начал меркнуть, а сознание неудержимо поплыло в темноту…

Рык Фурии донесся, словно из бездонной бочки, а затем голова мотнулась от хлесткой пощечины, рывком вернувшей окружающий мир обратно. Не успел возмутиться, как Карастер прижал к моим губам горлышко фляги и заставил сделать глоток. Освежающий вкус частично прогнал сонливость, теплая бодрящая волна растеклась по пищеводу. Я невольно потянулся к фляге руками, но Карастер тут же отступил на шаг, возвращая флягу на пояс. Свой акт доброго самаритянина он явно выполнил, и второго дармового глотка просить не стоит. Лишь потеряю те крохи уважения… даже не уважения, а внимания, но без неприязни, которые возникли, когда они поняли все про логово. Нейтралитет – лучше, чем вражда… Нейтралитет… Чем-то это слово зацепилось за край сознания, но дальше мысль снова не пошла.

Действие «Кровотечения» прекращено.

Тепло от костра и глоток зелья сделали свое дело, рана на бедре все-таки перестала сифонить кровушкой, хотя и продолжала ныть не по-детски.

– Зверя своего можешь накормить, мы свое с туши уже вырезали, – бросил Карастер, потеряв ко мне интерес и вновь усаживаясь на свой камень.

Фурия ждать себя не заставила. Набросилась на тушу порка с той же яростью, с какой дралась с бесами в логове, раздирая когтями и клыками. Бар жизни и энергии медленно пополз из желтой в зеленую зону, но дебафф истощения сбрасываться не торопился. Без полноценного отдыха полного восстановления не будет ни для нее, ни для меня. Я умом понимал, что мне стоит последовать примеру своей зверюги, но почему-то голода не чувствовал. Внутри и правда словно что-то перегорело и стало пусто до звона. И выносливость, кстати, вроде повысилась, может, и не зря мучаюсь… Только с удовольствием поменялся бы этим мазохизмом с кем-нибудь другим.