Читаем Виконт особо опасен полностью

Семье. Он использовал это слово, как рычаг давления, но меня было сложно заставить забыть старые обиды. Семья, которая отвергала меня, внезапно вспомнила обо мне, когда над ней нависла угроза. Я решил оставить это наблюдение при себе — пока что.

— Помощь в чем? — спросил я, выдержав паузу. — В отражении нападений? Или в борьбе с твоими врагами?

Платон улыбнулся. Не доброжелательно. Скорее хищно.

— В защите нашего наследия. Ты слышал о нападениях на тебя. Думаешь, это просто совпадение? Нет. Это часть гораздо более крупного плана. Кто-то хочет уничтожить нас. Начали с тебя, потому что ты — самая удобная цель. Молодой, дерзкий, не имеющий серьезной поддержки внутри семьи. Они думали, что убрать тебя будет проще всего.

Он сделал паузу, глядя, как я реагирую на его слова. Я сохранил невозмутимое выражение лица, хотя внутри меня росло напряжение. Его тон заставил меня задуматься о том, кто именно «они». И почему Платон говорит это именно сейчас?

— Это не личная месть, Филипп. Всё, что происходило с тобой, — часть игры, в которую мы с тобой не можем позволить себе проиграть.

Его слова звучали убедительно, но я всё равно чувствовал, что он недоговаривает. Он хотел втянуть меня в эту игру, но не раскрывал все её правила.

— Кто эти «они»? — спросил я. — И что ты собираешься делать?

Платон подался вперед, его голос стал тише, почти шепотом:

— У нас пока нет всех ответов. Но я подозреваю, что враг ближе, чем ты думаешь. Возможно, внутри нашего клана. Мы должны быть осторожны.

— И что ты хочешь от меня сейчас? — спросил я.

— Знать на чьей ты стороне, — как ни в чем не бывало, ответил Платон.

— Предпочитаю действовать самостоятельно, — хмуро ответил я. — В этой игре слишком много переменных, чтобы занимать чью-то сторону. Сегодняшняя ночь доказала, что мы все в одной лодке, но кто знает куда качнет ее в следующий раз. К тому же я не верю, в такую быструю смену риторики, — качнул головой я.

— Я и не ожидал другого ответа, — хлопнув ладонями по коленям, Платон встал. — Держи, — он протянул мне плотный конверт. — Здесь компенсация. Это только первая часть. Чтобы ты постарался хотя бы немного в меня поверить.

После того, как я забрал конверт, Платон вышел из гостиной.

Уже в комнате, куда меня проводила прислуга, я позволил себе заглянуть в него. По моим прикидкам там было около миллиона. Больше было похоже не на извинения, а на то, что он хочет меня купить.

Только вот с какой целью?

В любом случае, такая смена риторики говорила о том, что я ему нужен. Придется наблюдать как события будут развиваться дальше.

Утонув в мягкой кровати, я отрубился практически сразу. Проспал немного. Шум снизу разбудил меня, и я уже больше не смог сомнкуть глаз.

Спустившись в гостиную, я обнаружил, что там всё выглядело так, будто ночь не закончилась: Андрей и Карлик снова расселись на прежних местах. Камин медленно угасал, но в комнате всё ещё ощущалось тепло углей. Карлик уже полностью отошёл от ночных происшествий и, с видимым облегчением, возился с чайником, старательно разливая крепкий напиток по чашкам. Андрей же нервно шагал туда-сюда, не замечая ничего вокруг.

— Ты бы присел, — лениво бросил карлик, поднимая к нему глаза. — А то мне уже пол жалко. Топчешь его. Он бедный скрипеть уже начал.

— Не до шуток, — буркнул Андрей, бросив на него взгляд, полный раздражения. — Ты сам хоть понимаешь, что нас чуть не угробили ночью?

— Так и не угробили, — пожал плечами карлик, отпивая чай. — Удивительно, но мы всё ещё тут. Может, это знак? Улыбка судьбы, если хочешь.

Я молча наблюдал за их перебранкой, позволяя каждому оставаться собой. Андрей, конечно, был на грани — его напряжение чувствовалось в каждом движении. Но Натан с его лёгкостью умудрялся сбалансировать ситуацию, хотя за его беззаботностью тоже скрывались переживания.

Телефон в моём кармане завибрировал. Я вытащил его и посмотрел на экран — Кристина.

— Слушаю, — ответил я, стараясь держать голос ровным.

— Филипп, — её голос был чётким, деловым, но с нотками тревоги. — Я нашла кое-что. Ты должен это увидеть. Это… важно.

Она явно говорила на ходу, а в её тоне слышалось напряжение.

— Что именно ты нашла? — спросил я, хладнокровно проверяя её реакцию.

— Это нельзя обсуждать по телефону. Можем встретиться? У нас мало времени. Я назову место.

Я промолчал несколько секунд, анализируя её слова. Кристина не из тех, кто суетится по пустякам, но её поспешность заставила меня насторожиться.

— Хорошо. Назови место.

— Кафе «Гавань». Через час. Постарайся не опаздывать.

Она сбросила звонок, оставив меня в раздумьях. Адвокатесса была взволнована. Удивительно, что она в принципе мне позвонила. Дело должно быть связано с той нашей посадкой в тюрьму. Но почему об этом нельзя сказать по телефону.

— Что-то важное? — спросил карлик, наблюдая за мной с любопытством.

— Узнаем, — коротко ответил я.

Телефон снова завибрировал, и я уже знал, кто это, ещё до того, как посмотрел на экран. Окси. Я не спешил отвечать, но, понимая, что это может быть важно, нажал кнопку вызова.