Читаем Видящий. Книга 2 полностью

- Так это не слухи? - оживляется Люда. Интересно, значит, Черный так и не рассказал ей, почему мы отсутствовали в школе несколько дней. Уважаю!

- Не знаю, какие слухи ты имеешь в виду, но да, теперь мы - лидеры Задунайских.

- Поздравляю!

- Поздравляю!

Мы с Борькой вместо поздравлений выдаем всего лишь легкие наклоны головы, что полностью палит нас перед старостой. Ой-ой-ой! Кажется, кого-то ждет крутая головомойка, но есть надежда, что не меня. Зря!

- Вы все же были там?! - обвиняюще тыкает в нас пальцем Борькина зазноба, стоит нам расстаться с восьмиклассницами и отойти от кафе.

- Да, были.

Ой, дурра-а-ак!!! Боря! Ради бога, заткнись!

- Были! Знали! И мне ничего не сказали?!

- А зачем говорить?

Над ответом на такой простой вопрос Люда виснет. А я прямо чувствую, как сгущаются тучи над головой гасителя.

Боря! Ты был мне хорошим другом и товарищем! Обязуюсь похоронить тебя со всеми почестями и навещать твою могилку не реже раза в год!

- А, по-твоему, это неважно?!! Как?!! Скажи, как? Как можно было утаивать от меня такое?!! - находятся, наконец, слова у старосты, до этого только и способной беззвучно раскрывать и закрывать рот, подражая рыбам.

Прикидываю время до звонка и, оставив ссорящихся голубков, несусь в цветочный, в котором, благодаря Борису, действительно стал постоянным клиентом.

- Опять? - с милой, но ехидной улыбкой спрашивает меня хозяйка.

- Ага!

- Свидание? Поссорились?

- Поссорились!

Очередной букет для девушки собран в рекордные сроки.

- С вас сорок рублей!

- Спасибо!

Но на этот раз цветы, улещевания, все оказывается бесполезно - Люда показательно обиделась. Борис, снимая с ушей бутоны хризантем, тоже обижается. Я, призвав всю выдержку, стараясь не заржать (а сценка с товарищем Сааховым из "Кавказской пленницы" так и стоит перед глазами), принимаю сторону Чёрного. Обиды - обидами, но так унижать моего друга перед всем классом девушке не стоило. В итоге мужская половина класса за исключением не скрывающего своего счастья Щелокова сочувствует Борису, а женская (не будем врать - есть исключения) - на стороне считающей себя оскорбленной Людмилы. Остаток учебного дня проходит в такой напряженной обстановке, что я успеваю выбросить из головы неожиданную встречу с сестрой, а, как показало будущее - напрасно.

Несмотря на негодование, Борис отлично держал себя в руках. Как бы то ни было, но ссора с Людой по накалу страстей до неожиданного взрыва не дотягивала, так что срыва не произошло. Разве что, почти не сговариваясь, решили прогуляться перед посадкой в катер.

- Скажи... Как видящий... У нас с Людой может что-то получиться?

С сочувствием кошусь на напряженное лицо товарища. С момента моего признания вся наша команда не по разу спросила у меня насчет силы тех или иных персонажей, в частности Ваня не постеснялся спросить про перспективы с Ириной, и только Борис до сих пор ни разу не попытался воспользоваться моими способностями в личных целях.

- Маловероятно, если честно.

- А почему сразу не сказал?

- А ты бы услышал?

- Ясно... Тогда... все к лучшему, наверно?

- ХЗ

- Что значит ХЗ?

- Хрен знает.

- Это точно...

Маршрут для проветривания мы выбрали нетривиальный - повинуясь Борькиному настроению, двигались какими-то задворками, поэтому задний двор онкологической больницы вырос перед нами абсолютно неожиданно. Рак, бич всех времен и народов, почти не излечивался и здесь. Нет, для целителей, типа матушки, это была не такая уж и непосильная задача, хотя и не все так просто, как хотелось бы. Проблема в специализации - вы же не пойдете вырывать зуб к светилу нейрохирургии, а та же мама была скорее хирургом экстра-класса, чем терапевтом или, тем более, онкологом. Вот и получалось, что целителей именно по данному профилю было единицы, и брали они за излечение ой-ой-ой, как много. Были еще и медартефакты, способные поддерживать ремиссию бесконечно долго, но, учитывая их стоимость, а также цену и дефицитность батареек-"лечилок", позволить себе такое могли только очень и очень состоятельные люди или одаренные жизни. Но маги как раз и не болели этой гадостью, по крайней мере, о подобных случаях ни разу не слышал.