Читаем Via Combusta полностью

За крайним широким столиком на открытой террасе сидел породистый молодой человек с роскошными длинными волосами. Эти блестящие русые пряди слегка спадали на его скулы, делая красивое овальное лицо еще более вытянутым и аристократическим. Большими, немного влажноватыми голубыми глазами стройный незнакомец разглядывал меню ресторана, переводя взгляд с аппетитных описаний изысканных блюд на свои утонченные и ухоженные руки и обратно. В тонком нежно-голубом лонгсливе с накинутым на плечи светлым мягким свитером цвета фисташковой зефирки молодой человек создавал немного двоякое впечатление видимой мужественности, глубоко упрятанной в строгий благородный, скорее женственный, футляр. А то, что молодой человек был голубых кровей, было видно даже не вооруженным глазом; за столиком, словно смотря через меню во Вселенную, сидел молодой принц, и не возникало никаких сомнений, что у него есть не только белый конь, но и, как минимум, половина царства.

– Здравствуйте, Игнат! – сказала стройная длинноволосая спутница Алексея и поприветствовала его мягкими прикосновениями своих ямочных щёчек к правой и левой скулам принца. – Как вы себя чувствуете?

– Да ничего, спасибо, я в порядке. Привет, Лёш, – и молодой человек крепко пожал руку Алексея. – Как сам?

– Котя, я отойду ненадолго? – спросила разрешения девушка ангельским голосом и потрепала Алексея по лысой голове. – Скоро приду, – и, нагнувшись к уху Алексея, тихонько добавила. – Что-то мне животик крутит…

– Давай, приходи, – небрежно бросил Алексей и невозмутимо продолжил разговор с Игнатом. – Да ничего, норм. Башка только гудит, народу много. Я же не ожидал, что тут половина Москвы на гонки собирается. Прибавь к этому ребят с К_ва, М_ска, с А_ны парни, с Б_ку… Слушай, как будто и не уезжал никуда, все те же и Герасим. Кстати, и он тоже здесь, в «Б_дде» отмокает.

Мужчины улыбнулись неожиданно получившейся шутке, и Алексей продолжил.

– А это там твои, что ли, спортсмены? – и он показал взглядом на сидевших за угловым столиком плечистых телохранителей, как-то связанных, наверное, друг с другом в коллективный разум белой проволочкой-пружинкой, торчавшей у каждого из уха.

– А, ты про мальчишек? Мои.

– Упитыши. Чем ты их кормишь?

– Надо спрашивать не «Чем ты их кормишь?», а «Ты их кормишь?!» Да пусть кушают, мне спокойнее как-то. А у стипендиатки твоей, я гляжу, грудь прижилась?

– Да, блин, со второй попытки. Она теперь дороже всего остального стоит.

– Ну, зато смотрится очень даже. Очень даже. Ты ей только грудь делал или еще чего?

– Не, титьки и губы – это основное. Осталось так, по мелочи, нос чуть-чуть подправить, уши подстричь. Ерунда, в принципе, основные капзатраты понёс. Сам не знаю, зачем я ввязался в этот ремонт. Дарю женщинам деньги по пьяни, есть за мной такая фишка. – и Алексей хмуро улыбнулся, глядя в сторону бурлящего туристического безумия на площади и Гранд Марины.

– Ясно. А как жена, как сын?

– Тоже нормально, на даче зависают пока. Сейчас вернусь, надо будет куда-нибудь их вывезти, – и видимо переводя разговор с неловкой для него темы, Алексей поправил под собой стул и бодро спросил. – Так, друг, ну что, ты чего-нибудь заказал уже?

– Я вот думаю, взять ли мне морского волка в соли или омара. Наверное, остановлюсь всё же на омаре… – Игнат заглянул в роскошно оформленную достаточно увесистую книгу карты вин. – И, пожалуй, вот это выдержанное Шардоне. Ты как, поддержишь по бокальчику?

– Не, дядь, это вон, девочка у меня по таким вещам сейчас прицокает. Я, если честно, устал тут от всего. Вот веришь – нет, хочу просто варёной картошки со шкуркой, селёдки, наверное, да и водки снова. А на десерт у них тут медовик вкусный.

– Ты в Монте-Карло, а не в своём задрипанном Замкадье! Картохи ты и на родине налопаешься. Давай устрицами разгонемся?

– Старик, говорю же, наелся уже за свою жизнь. Да и настроение не то…

– Малыш, ты денег, что ли, с собой не взял?! – с иронией поддразнил приятеля Игнат.

– Ха. С меня сейчас тут за картошку отварную срубят, как за твоего омара! Уже проверено. Киска притопает и тебя по вину поддержит, я думаю.

– Ясно. Депрессуй, короче, сам. Говей, а я нормально покушать хочу, – и Игнат, подозвав к себе седоволосого невысокого официанта, надиктовал ему по-французски свой заказ.

– А мне всё как вчера принесите, пожалуйста, – небрежно бросил официанту по-русски Алексей.

– Да, непременно, –  ничуть не смутившись и так же по-русски ответил ему официант. – Приносить по мере готовности?

– Ага, только водку попроси шефа готовить побыстрее.

Официант услужливо кивнул и отправился на кухню; там, перед входом стоял длинный стол, где на кусочках колотого льда ежедневно проводилась выставка местного рыбного изобилия.

– Так, ладно, Лёш, ты берешь мою лодку или нет? – посерьёзнев, спросил Игнат.

– За единицу отдашь?

– Не, за единицу дёшево. Один и семь.

– Я же у друга беру, а не с улицы. Единица – очень хороший ценник.