Читаем Via Combusta полностью

– Ай, как хорошо вы всё решили-то! – с желчью в голосе прошипел Роман. – И на хер-то вы всех посылаете. И на нём же всех вертите. И нет для вас ни закона божьего, ни людской до вас дотянуться не может, только через адвоката-то. По всем фронтам не подступиться.

– Чего вам от меня надо-то, капитан?! – вспыхнув от обиды, харкнул клокочущей в лёгких жидкостью Алексей. – Чего вы привязались? Я вам всё равно ничего не скажу, чего хотите со мной делайте. Мне насрать. Какие я решения должен был принять, я уже принял и менять их не собираюсь. Вообще не понимаю, вам больше всех надо, что ли? Кто вас сюда пустил? Лёня!

– А, конечно, защитника же надо позвать, – озверел от хамского выпада Алексея Роман. – Давай вместе, хором. Лёня! Лё-ё-ёнечка! Спаси, помоги. Только не спасёт он тебя. Скот ты. Собака. Понимаешь? – и Роман подошёл вплотную к койке Алексея и заглянул ему в глаза. – А собаке собачья смерть…

На этих словах Роман так двинул кулаком по стальной гире, прикреплённой через подвес к просверленной пятке Алексея, что тяжеленный металлический снаряд чуть не сделал полный оборот по большому радиусу и стал раскачиваться взад-вперёд на максимальной амплитуде. Не отрывая пронзительного взгляда от глаз Алексея, Роман наблюдал, как искривилось его лицо в ужасной мучительной гримасе, а губы стали хватать перекрывшийся стиснутым болью горлом воздух, чтобы издать вопль. Взгляд Алексея вдруг остановился, а зрачки закатились. Вместо желаемого вопля из горла Вознесенского вырвался лишь булькающий хрип, вместе с которым всё тело обмякло и опало, как лежало. Убедившись, что знакомый прибор показал ровную линию сердечного ритма лежащего и сопроводил сие событие соответствующим длительным звуковым сигналом, распространяющемся на очень не приятной для слуха частоте, Роман постоял в палате ещё пару минут, а потом, умиротворённо выдохнул и вышел. Только на этот раз бежать за врачами ему смысла не было.

Выйдя из больничного отделения, Роман сдерживал рвущуюся залезть на лицо широкую улыбку и просторнее обычного помахивал портфелем. Словно доказав себе что-то исключительно важное, Смирнов снял тянущие к земле камни с плеч и поскакивал налегке, глубоко вдыхая переполненный обеззараживающими ионными ароматами больничный коридорный воздух, мало чего замечая вокруг и едва не сбив с ног выходящую из бокового бокса медсестру Кристину, которая спешила на процедуры в палату к Алексею. Не придав этому рядовому событию никакого значения, Роман коротко и по уставу извинился перед девушкой и продолжил свой парад вдоль по коридору, вскоре и вовсе пропав из виду.

Часть шестая.

«Папа, а бывают чёрные дожди?»

Л. Лучкин.

Пролог шестой части.

Москва. Парк Горького.

Наши дни.