Читаем Ви (СИ) полностью

Тёмные грозовые тучи затянули небо, и оттуда, свысока летели, нещадно заливали всё вокруг реки воды. Мужчина стоял на берегу, отрешённо глядя на волны... И сами собой вставали в голове строки стихотворения, поднимались ввысь, навстречу воде, словно между ними шёл какой-то незримый бой. А ведь он никогда в своей жизни не сочинял стихов...

Река, шипя и пенясь, убегала вдаль,

Сшибая камни, брызгами дробясь,

И каждая минута утекала,

Хлестая, будто ветками, по исцарапанным щекам...

Вот камешки вздымаются теченьем,

И в круговерть вливаясь, вместе с ним текут...

Тогда уже отсчитывают время

Массивные часы, которые не ждут...

И брошенный в ту реку серый камень,

На миг в лучах сверкнувший,

В ореоле брызг,

Бесследно пропадает в волнах, опускается на дно,

Но в круговерть ему и в жизни не вступить...

Он будет вечность там лежать,

Ко дну прикованный волнами ворошимым илом,

Опустошённый серый камень в бурной молодой реке,

Засыпанный песком, забытый,

Исцарапанный другими, на чьём встречался он пути.

Тот, кто стоит на берегу,

Тот, кто на воду опустил глаза,

- Тот камень никогда не будет больше здесь лежать, -

Сказал он тихо.

И его жёстких, много раз надменных, безразличных,

Серых, ледяных глазах внезапно отразились блики волн...

Человек на берегу закрыл глаза, открылся этой реке, этим волнам, этим каплям... Пусть. Ему уже нечего терять. Дочь в розыске уже сутки, из слуг осталось лишь двое, а жена...

- Дурак, - внезапно бросил он. - Дурак тот, кто понимает лишь тогда, когда теряет...

Порой сказать вслух помогало. Словно мысли выливались, выплёскивались, отходили на задний план... И словно воочию он увидел маятник, старые, но всегда точные часы, отбивающие ритм раз за разом...

Четырнадцать лет назад тоже шёл дождь.

***

Дождь почти кончился, только с крыши ещё стекала вода. Сырость прокралась в избу, и холодная жёсткая лавка нисколько не грела. Тяжёлый воздух давил на лёгкие, холод пробирал до самых костей. Ви свернулась в клубок, пытаясь согреться. Ничего не помогало, с каждой минутой становилось всё холоднее...

- Перестань вертеться, - негромко сказал он. - Лучше выпей чаю.

- Откуда я его возьму?

Он поднялся со своей лавки и пересел к ней.

- Тогда поотжимайся.

- Что?!

- Согреешься.

Ви не ответила. Ночь была тёмная, тучи скрыли луну из вида.

- Будешь мёрзнуть?

- Лето всё-таки...

- И что с того? Знаешь ли, и летом бывает холодно. Особенно сейчас, после дождя.

- Может, печку растопим?

- Пошли колоть дрова.

- Ночью?

- А что делать? Хотя, вообще-то летом печки не топят, но если ты хочешь...

- Пошли, - внезапно согласилась она.

- Что? - от неожиданности дракон чуть не свалился с лавки.

- Колоть дрова.

***

Живительный, влажный, вкусный запах дождя чувствовался повсюду. Летняя ночная прохлада, тонкие стебельки одуванчиков, покрытые россыпью маленьких капелек, дышащих жизнью... Как давно она не чувствовала этот запах. Как давно не сидела на берегу, вороша мокрую траву рукой...

Голова вдруг начала нестерпимо кружиться, и во рту встал вкус знакомой горечи.

... - А ты любишь дождь?

- Разумеется, Лин. А кто его не любит?

- Мой отец... - маленькая девочка подняла на него глаза. - Мой отец не любит.

- Почему же?

- Он... когда начинается дождь, он всегда запирает ставни. И никогда не переносит шума дождя. В эту пору он раздражителен и резок.

- А обычно?

- Обычно... - она замялась. - Обычно...

- Такой же, ведь правда? - он резко посмотрел ей в глаза.

- Вовсе нет! - внезапно выкрикнула Ви и вскочила с места. - Он не такой! Не смей отзываться так о моём отце!

- Но ты сама...

- Уходи!

- Лина...

- Я не стану дружить с таким мерзавцем, как ты!

- Ты сказала, что он жесток с тобой! - потеряв терпение, заорал он.

- Вовсе нет... НЕТ! Нет, ты слышишь?!! Уходи! Уходи и не вздумай возвращаться!

- Никогда? - вкрадчиво уточнил он.

- Никогда!!!

И тогда он пошёл. Этот странный высокий парень, назвавшийся длинным заковыристым именем, представившийся драконом, разделивший с ней прекрасную пору дождя... А она стояла на берегу, растерянно глядя в след. И нестерпимо хотелось остановить его.

- Стой. - Тихо произнесла она. - Стой. Не уходи. Я погорячилась.

- Да неужели?

- Да.

- А если я и впрямь уйду?

- Не уйдёшь. Не уходи. Пожалуйста, - чуть слышно добавила девочка.

Он некоторое время смотрел ей в глаза. Потом смягчился.

- Ладно. Не уйду.

- И... ни слова больше о моём отце, - прибавила она.

На миг девочке показалось, как что-то хищное мелькнуло в ярко-оранжевых глазах.

- Разумеется.

Ви стояла, прислонившись к стене дома, тяжело дыша, схватившись за голову. Три года она не позволяла этим мыслям звучать в разуме, в сердце, во всём теле, три года не ощущала боли, и лишь сейчас осознала, что только ей и жила. Какая же была... идиотка.

Она не слышала, как Шир следом за ней вышел из дома, не видела, как стоял на пороге, не видела выражения его глаз, когда судорожно глотала любимый запах, только почувствовала, как рука легла на плечо.

Их глаза встретились.

- Отойди.

Он не сдвинулся с места.

Девушка мотнула головой и стряхнула его руку с плеча.

- Давай. Где твои дрова?

- Да, прям здесь и лежат, - насмешливо произнёс он. - В лесу все дрова, принцесса.

***