— Да че ты, Малыш? Шуток не понимаешь? — захохотал. Расселся. Привстала и я. Обнял, сгреб в охапку — и усадил себе на колени, прижав спиной к своей груди. Шепотом развеселым на ухо: — Лично мне понравилось. Все как в аптеке — получите… распишитесь.

— Ну, — надула я губы еще сильнее. — Не все такие, как я там. Наш универ тем и славится, что не взятками рулит, а знаниями.

— Ага, — заржал враз. — Потому и тачки такие дорогие у некоторых преподов. Вообще… никто и никогда не отменял ленивых двоечников, которым тоже нужен «билет профпригодности», а потому… почему бы и нет? Отличная оферта.

— А ты и такое слово знаешь? — заржала я.

И едва не хором:

— А ты нет?

Загоготал Мирон, поражаясь моей издевке:

— Да ладно? Когда это я успел так спалиться? — хохочет.

— Было дело… было… — добро иронизирую. — Ладно, — перебиваю, причем саму себя. — Так кто ты по профессии?

Рассмеялся пристыжено:

— Только не ржи! — сдавленный смех Мирашева. Молчу партизаном — давлю в себе любые позывы ответить ему тем же. — Электрик.

— Да ладно! — невольно визгом. Живо провернулась в объятиях. Взор в глаза: — Не врешь?

— А че? Нет… — гыгыкнул сдержано.

Хмыкнула. Развернулась.

— А че? — загыгыкал взвинчено. — Слишком простецкое, что ли? Или думала на мордобойщика, палача и «предпринимателя» меня там учили?

— Палача? — и снова обернулась, обрушивая взгляд ему в лицо.

Ядовито ухмыльнулся, цыкнув зубом:

— Пред-при-нимателя, — ехидным вердиктом.

* * *

— И че, маму никогда не искал? — несмело шепнула я, уже едва не засыпая в его теплых, нежных объятиях, убаюканная различными его откровениями, веселыми историями из жизни, юности…

Тихо рассмеялся:

— Шутишь? Эту ш*лаву? Если уж нахуй дети свои не нужны — вон… за сколько времени ни разу не попыталась связаться… Ладно, я — дол***б, если верить Кряге и бате покойному, но этот… Серега — он-то… хоть до раны прикладывай цацу… Чего его так, а? И потом, мы были еще малыми. Да, непослушными забияками, но как все дети… Нет, Вероник. — Жестко, приговором: — «Умерла»… так умерла.

Жуткая, жалящая тишина пролегла между нами, язвя воспоминаниями, ощущениями…. Размышлениями.

— А ты? Когда своим-то звонить будешь? Небось, ждут с новостями… да и так, в гости.

— Ну куда мне? — гаркаю. Хотя…. И явно лгу, причем не так ему, как себе — находя оправдания. Синяки только по телу еще кое-какие остались, а так — глянешь в зеркало… кроме как новой прически (А Мирашев меня даже в парикмахерскую сводил — не понравилось ему, почему-то, его собственное творение «ровнятеля») — … всё, как прежде.

Да и опять Рожа — что… врать? А потому… нет, не хочу.

Но поддалась уговорам. Отзвонилась, успокоила. Наплела вынужденно с три короба, что с Женькой пока, как и прежде, останусь жить. Что ее родственники с нормальной работой подсобили — и точка. Успокоила маму, что все хорошо… и если что, Рожа всегда за мной присмотрит. В общем, д*рьмово стало на душе — но… если хоть чуток тем станет спокойнее свою рутину переминать, то и мне хорошо…. Ибо, что еще надо?

Глава 33. Побег

Утро. Еще на часах и десяти не было, как кто-то совсем бесчеловечный (после вчерашней-то попойки) устроил нам резкий «подъем». Сначала мобильный стал разрываться на части, едва успевал Мирашев принимать звонки за звонками, а затем — уже и в дверь постучали.

— Собирайся, ехать надо! — приговором для меня послышались слова из коридора в сторону зависшего в растерянности Мирона. — блядь, че ты стоишь, думаешь?! — гневное. — Эти суки там расхуечат все к чертям собачьим, пока мы тут я*ца морочим!

— Вызвони мне Майорова! — приказом.

Разворот — и уверенно пошагал Мирашев ко мне, застывшей на пороге спальни в не меньшем шоке.

— Да че ему звонить?! Он уже давно туда поехал!

— МНЕ — бешеным криком, — НАБЕРИ ЕГО! — рявкнул около меня, не оборачиваясь. Ухватил за локоть — и силой потащил в комнату. Закрыл дверь. Глаза в глаза. Звонкий выдох: — Я уеду. Может, до завтра. Не знаю. Ни хуе не знаю, че там, как там… получится. Сейчас вызвоню Алису Майора, помнишь же ее? — Несмело, молча киваю, пряча взгляд. Продолжил: — Побудет она с тобой. Присмотрит. Только молю, — ухватил внезапно меня за плечи и встряхнул; поддаюсь — снова сцепились взоры. — Не начуди. Потерпи. Ник, я тебе верю… но тебе самой будет страшно. А пацанов приставлять — сама понимаешь… Да и там мне они нужны. К твоим же, — кивнул, — к Жаровой этой твоей, нет смысла. хуе его знает, что это там за суки были… с тобой в лесу. И отступятся ли они от мысли завершить начатое, если вдруг узнают, что ты жива осталась. Короче, тебе безопаснее будет здесь, у меня в хате, и под присмотром этой. Она хоть и тупая давалка, но драться, как и пушкой пользоваться… отлично умеет — бывший мент. Я вам ствол оставлю… если че — шмаляйте без разбору. Код от сейфа — 111–105[27]. Как по УК — не перепутаешь. Но прошу… ради меня… не начуди, а? Дождись. Хорошо? — пристальней уставился, казалось, желая проникнуть, забраться в самую душу. Несмело, немного запнувшись, киваю покорно. Испуганно и дальше таращу на него очи. Продолжил: — Я бы тебя с собой взял, но нельзя. Потерпи.