Читаем Ветер полуночи полностью

Бумаги никакого отношения к производству цемента не имели! Вечером, по дороге к Уэйну, Билл больше не сомневался в этом. Да, Стар сказал ему, что бумаги касались цемента; Мэри и Аллан могли думать так же, однако Ганс Вицлеб знал правду. Когда он схватил Билла за руку у себя в кабинете, Билл посмотрел ему прямо в глаза и увидел в них не только тревогу за сохранность изобретения, но самый неподдельный страх. Ясно, что бумаги содержали нечто настолько важное, что для их возвращения Вицлеб готов был пойти на любой риск.

Теперь бумагами заинтересовался и Билл. Вицлеб был напуган их исчезновением. Стару они были нужны по финансовым соображениям, и какое-то отношение к ним имел Поуд, или, точнее говоря, люди, которые наняли его. Мэри, вероятно, погибла из-за этих бумаг. Билл закрыл глаза, пытаясь представить себе Мэри, но у него ничего не получилось.

Джамбо Уэйн тоже был заинтересован в бумагах, но одновременно очень боялся чего-то. Нет, нет, пока что о роли Уэйна в этой истории он не будет думать, ибо через несколько минут услышит все от него самого.

Машина взбиралась в гору. Через ветровое стекло Билл видел поросшую кустарником равнину, перегороженную кое-где каменными заборами. Движение на извилистой дороге было довольно оживленным. Выехав из Фелклифа, они обогнали уже три переполненных автобуса, медленно поднимавшихся к рабочему городку. Изредка навстречу попадались машины и мотоциклы. Через заднее стекло внизу виднелся Фелклиф, тусклое зарево и вечерние звезды, поблескивавшие над отелем «Ройял».

— Теперь уже недалеко, сэр. — Они взобрались на гребень, и водитель показал на поселок из нескольких рядов сборных домиков, лежавший в долине. В сумерках он выглядел словно концентрационный лагерь.

— Ну и местечко! Бедняги, живущие здесь, утверждают, что у них все удобства, но я бы и дня не смог тут пробыть. Так я и заявил начальнику транспортного отдела: либо мне разрешат жить у сестры в Шеффилде, либо пусть ищут другого на мое место. Я работаю в фирме уже больше десяти лет, и мне сошло это с рук.

— Вполне вас понимаю. — Машина въехала на центральную площадь поселка, на которой были расположены три больших барака, видимо, кино, рынок и клуб. Норман Стар, очевидно, требовал, чтобы его рабочие и свободное время проводили тут же, и Билл мысленно спросил себя, как люди терпят это. Ответом на вопрос были, наверное, высокие ставки и безработица среди местного населения.

— Не весело, а? Тут, конечно, обитает стадо. Начальство живет выше. — Машина миновала поселок и поднялась на следующее плато. Да, начальство жило получше, но не так чтобы очень. Здесь жилища были чуть побольше, выкрашены зеленой краской, а не уныло-коричневой, как у рабочих, имелись гаражи, а на крышах торчали телевизионные антенны, однако и тут царила унылая и угнетающая серость. Билл подумал, что эти поселки проектировал Вицлеб, умышленно стремившийся к тому, чтобы они походили на концлагерь. Вовсе не трудно было представить себе высокие заборы из колючей проволоки, сторожевые вышки и надпись «Arbeit macht frei» над воротами.

— Приехали, сэр. — Водитель остановил машину и распахнул перед Биллом дверцу. — Мистер Уэйн живет здесь. Он сказал, чтобы я не дожидался; он сам отвезет вас обратно.

— Спасибо. Спокойной ночи. — Билл направился по дорожке к крыльцу, машина развернулась и ушла. Где-то внизу в рабочем поселке внезапно загрохотал мотоцикл, высоко над головой прогудел самолет. У Билла мелькнуло сожаление, что не он сейчас летит в этом самолете.

— Привет, старина! Добро пожаловать в мой замок.

Билл не успел даже позвонить, как дверь распахнулась, и Джамбо Уэйн пьяно ухмыльнулся ему.

— Заходите. Заходите и чувствуйте себя как дома, если только эту дыру можно так назвать. — Уэйн отступил и жестом пригласил Билла в маленькую гостиную, обставленную канцелярской мебелью из мореного дуба и перегороженную шторой, за которой, очевидно, находилась спальня.

— Добро пожаловать, добро пожаловать, — бормотал Уэйн, нетвердо держась на ногах. У него был неряшливый вид — на щеках темнела щетина, глаза налиты кровью, шевелюра растрепана.

— Приступаю к своим обязанностям хозяина, старина. Что желаете выпить после утомительного путешествия? — Он взял бокал и попытался плеснуть в него виски, но промахнулся и разлил виски по столу.

— Я не хочу пить с вами, Аллан… Утром вы сказали, что не звонили тогда Мэри, Я пришел за доказательствами.

— Да, да, помню, — прищурился Уэйн. — Конечно, я могу доказать это, но ничего не скажу, пока вы не выпьете со мной. Понимаете, ничего не скажу. — Он уставился на бутылку, которую все еще держал в руке. — Давайте выпьем, старина. Это хороший виски… даже лучший. Вот, читайте: «Поставщики двора ее величества королевы Елизаветы II». Если этот напиток пила королева, следовательно, он приемлем и для вас. «Изготовлено в Шотландии». Золотые медали на выставках в Эдинбурге, Париже, Антверпене и… Дальше не разбираю. Тем не менее, это прекрасный виски. Ожидая вас, я выпил две или три стопки и уже чувствую себя королем.