Читаем Ветер полуночи полностью

— Вот видите! Было бы странно, если бы он не сделал этого. Полицейские — болваны, коронер в Фелклифе — болван, а кто мудрец? Конечно же, Джордж Поуд. — Макбет потушил сигарету и откинулся на спинку стула. — Полиция пришла к выводу, что смерть вашей жены явилась результатом несчастного случая. Но кто знает лучше? Джордж Поуд! И если вы наймете его, он найдет вам ее убийцу.

— Но он мне ничего такого и не предлагал, — ответил Билл, качая головой и пытаясь вспомнить, что именно ему говорил Поуд. — И своей помощи не навязывал!

— Не беспокойтесь, мистер Ирвин, все еще впереди. Готов поспорить на месячное жалованье: не пройдет и недели, как старина Джордж свяжется с вами… Я разговаривал с полицией Фелклифа и с инспектором Керном, с которым вы встречались. Все они уверены, что смерть вашей жены явилась результатом несчастного случая, и я не вижу какой-либо связи между ее смертью и убийством мистера Кеплина.

— Он был убит?

— Да, ударом ножа в спину. Медики утверждают, что это произошло около недели назад… Хотите еще чашку чая?

Чай, видимо, был вершиной полицейского гостеприимства, и Макбет, как показалось Биллу, даже несколько огорчился его отказом.

— Нам многое известно о мистере Кеплине. Добропорядочным гражданином его никак не назовешь. Он вечно нуждался, и его всегда осаждали кредиторы, хотя то же самое может произойти и с любым из нас. В этой дыре на Вересковом холме у него жила жена и двое детей, но в Кэмден-тауне он содержал двадцатилетнюю блондинку. Кеплин сильно пил, азартно играл в различные игры и большей частью проигрывал. Все время получалось так, что ему требовалось значительно больше средств, чем он зарабатывал как шофер.

— Да, да, — кивнул Билл, вспоминая скомканные письма, валявшиеся на полу. — Но за что же все-таки его убили?

— Мы еще не знаем этого, мистер Ирвин, но у меня есть, кое-какие предположения на сей счет. В течение некоторого времени мы подозревали его в связи с шайкой воров, специализировавшихся на хищениях автомобильных грузов.

— Но зачем же им убивать его?

— Между ворами, мистер Ирвин, часто бывают распри. Разговоры о какой-то чести среди них вздор. Возможно, Кеплин пожадничал и потребовал большую долю. Возможно, даже пытался шантажировать, и с ним расправились. Допускаете?

— Пожалуй, — кивнул Билл, хотя в действительности не вполне мог согласиться с этим. Джон Кеплин, водитель грузовика, убивший его жену, через несколько дней сам оказался убитым. Слишком уж большое совпадение. — Но что же, no-вашему, он делал в пустом доме, и почему о его исчезновении не было своевременно заявлено? Вы же сказали, что он был мертв около недели.

— Ну, на это ответить легко. — Макбет наклонился к Ирвину и улыбнулся — добродушный управляющий банком, улаживающий дела своего клиента. — Во-первых, что может быть удобнее для конспиративной встречи, чем пустой дом? Во-вторых, кто мог его хватиться? После несчастного случая с вашей женой он заявил начальнику транспортного отдела фирмы «Стар», что его нервы в ужасном состоянии, и ему был предоставлен отпуск. Его семья выехала из дома на Вересковом холме вместе с другими жильцами, причем жена Кеплина считала, что он поселился у своей шлюхи в Кэмден-тауне. А та, в свою очередь, полагала, что Кеплин живет со своей семьей в общежитии муниципалитета. Если бы вы не обнаружили его, возможно, что о его смерти стало бы известно только после того, как рабочие приступили бы к сносу дома. — Макбет снял трубку внутреннего телефона. — Сержант, распорядитесь подать машину для мистера Ирвина. — Он отодвинул стул и поднялся. — Ну, а теперь, сэр, вам пора отправляться домой. Насколько мне известно, вы недавно болели, а сейчас вновь перенесли потрясение. Я больше не смею докучать вам. — Макбет сухо и решительно пожал Биллу руку. — Не сомневаюсь, что вы скоро прочтете сообщение об аресте нами убийц Джона Кеплина… Что касается Джорджа Поуда, могу дать вам слово, что это выживший из ума зловредный болтун, несущий всякий вздор.

Монкс-клоуз представлял собою четырехэтажный многоквартирный дом, построенный незадолго до войны. Снаружи он не производил никакого впечатления и по сравнению с окружавшими его новыми зданиями казался старомодным и аляповатым. Однако, едва войдя внутрь, Билл сразу почувствовал запах денег, и денег больших. Огромный холл был отделан белым мрамором, у стен в нишах стояли мраморные статуи, в центре находился бассейн с золотыми рыбками и действующим фонтаном. Дверцы лифта, вероятно, были бы вполне на месте в египетской пирамиде, а освещение скрыто за керамическими украшениями, или действительно старинными, или сделанными под старинные. Вся атмосфера была здесь такой же бодрой и жизнерадостной, как в музее; чтобы жить в таком доме, несомненно, требовались не только деньги, но и видное положение в обществе.