По торжественному случаю ушли из полка в этот субботний день также лейтенант Николай Кочубей и красноармеец Федор Дьяченко. Торжество было редким для такого времени: минометчик, а по совместительству снайпер Николай Кочубей женился на колпинской девушке Кате Юганцевой. Командир дивизии полковник И. И. Ястребов, которому доложили об этом, не одобрял женитьбы в суровую блокадную пору. Он с неохотой отпустил Кочубея, приказав, однако, выдать ему кое-какие продукты для свадебного ужина. В качестве свидетеля и гостя со стороны жениха с ним отпустили его земляка и учителя по снайперской части красноармейца Федора Дьяченко.

За скромным свадебным столом были обычные в таких случаях тосты. Некоторые из них терялись в грохоте разрывов. Враг обстреливал Ижорский завод. Догулять свадьбу не удалось: из полка прибежал посыльный и сказал, что Кочубею и Дьяченко приказано срочно явиться на передовую. Полк получил новую боевую задачу.

Нарушая принцип хронологии, нет-нет да и приходится забегать вперед. Как, например, не сказать, что свадьба, которую 15 мая 1943 года пришлось прервать из-за разведки боем, все же была счастливой. Вот уже несколько десятков лет Николай и Екатерина Кочубей живут душа в душу. И живут, кстати говоря, в Колпине.

Из дневника руководителя отдельной диверсионной группой партизан Григория Васильевича Балицкого: «13–15 мая 1943 г.

Эти дни занимался вместе с начальником штаба тов. Кременицким вопросом оформления аттестационных листов на командиров рот и взводов, политруков рот и взводов. Вчера, 12 мая, тт. Зубко и Плевако возвратились из выполнения задания – привели в отряд новое пополнение – 34 человека. Правда, из них многие стали придуриваться – стоит, говорит и заявляет, что они больные и прочее, но после медицинского осмотра эти люди оказались просто лодырями, не хотят воевать. Пришлось разъяснить этим молодым бойцам. И тут же дал указание своему комиссару прочесть Ноту тов. Молотова.

В 17.00 тов. Гончаренко привел (15 мая 1943 г.) 26 человек в отряд. А в 19.00 тов. Мягкий привел 79 человек нового пополнения. С сегодняшнего дня создал 4‑ю роту. В эту роту бросил самых лучших людей. Командиром роты назначил тов. Платонова Василия Ивановича, политруком роты назначил тов. Газинского Семена Ефимовича. Командирами взводов назначены следующие товарищи: Никитин Михаил Федорович, Саксинбаев Арказар, Кримханов Ших. Политруками взводов: Литвиненко Степан Назарович, Гарицкий Тимофей Никифорович, Аронов Абрам Маркович. Так кончился день 15 мая».

694‑й день войны

Рабочим органом Ставки является Генеральный штаб. Верховный Главнокомандующий И. Сталин установил здесь жесткий порядок круглосуточной работы и сам регламентирует часы работы руководящего состава Генштаба. Так, А. И. Антонов – заместитель начальника Генштаба – должен находиться на месте по 17–18 часов в сутки и отдыхает с 5–6 часов утра до 12 дня. С. М. Штеменко, исполняющему с мая месяца обязанности начальника Оперативного управления, может отдыхать с 14 до 18–19 часов.

Алексей Иннокентьевич Антонов (справа) и Сергей Матвеевич Штеменко

Генеральный штаб делал доклады Верховному Главнокомандующему обычно три раза в сутки. Первый раз в 10–11 часов утра, как правило, по телефону. Сталин звонил сам:

– Что нового?

Переходя от стола к столу, на которых заранее раскладываются карты, начальник Оперативного управления с телефонной трубкой в руках докладывал. Если на фронте все шло хорошо, доклад не прерывается, лишь изредка слышится покашливание да характерное причмокивание курильщика трубки. Но пропустить в докладе хотя бы одну армию нельзя, сразу же следовал вопрос:

– А у Батова что?