Читаем Вещие сны Храпунцель полностью

– Мама прекрасный водитель. Могу вам посоветовать обратиться в агентство «Веник и тряпка», название странное, но Алла, его владелица, профессиональный человек. Подберет вам такого водителя, какого вы хотите. Скажете, что вас направил к ней я. Сейчас сброшу вам ее мобильный. Возвращаюсь к прежней теме. Евгении в нашем доме не бывать по нескольким причинам. Первая: я не хочу ее там видеть. Вторая: у нас есть прислуга. И третья, но первая по значимости. Мама всегда готова прийти на помощь тем, кому плохо, она очень милосердный человек и глазом не моргнет, если я приглашу Кабанову, будет о ней заботиться. Но я понимаю, что маме не очень приятно общаться с Евгенией Ивановной, поэтому Кабанова в нашем доме никогда не появится. До свидания, господа. Прошу вас известить меня о результатах анализа. Елена, если вы вдруг решите обратиться к психологу, то в нашей клинике вам помогут бесплатно. Мне жаль, что в детстве вам пришлось пройти через недетские испытания. Я вас понимаю, как никто другой, моя история похожа на вашу. Только память ко мне не вернулась. Но, думаю, что я не ходил с вами в тот проклятый лес.

– Вас с нами точно не было, – согласилась Кисунина, – мы отправились втроем: Федя, Паша и я.

– Значит, со мной случилось что-то другое, – вздохнул Сергей, – рад, что не владею информацией о своих приключениях. Подростки могут натворить редких глупостей.

Решеткин вынул визитку и отдал ее Лене.

– Звоните, всегда рад помочь. А теперь разрешите откланяться.

Кисунина поднялась.

– Я тоже пойду.

– Вас подвезти? – галантно предложил врач.

– Спасибо, я сама за рулем, – отказалась Лена.

В кабинете осталась одна Кабанова, издававшая раскатистый храп.

Энтин подошел к ней и тихо сказал:

– Евгения Ивановна, проснитесь.

Громовой храп не стих.

Николаша заорал:

– Джейн, вам принесли деньги!

Кабанова подскочила.

– Где они?

– Вот я молодец, – заржал Махонин, – психологии не обучался, а допер, что сказать надо.

– Вам пора, – произнес Константин Львович, глядя на Джейн.

– Отлично, – рассердилась она, – не накормили меня как следует и вон гоните? На мороз?

– Дорогая, – по-прежнему спокойно сказал Энтин, – в соседнем доме есть хорошее кафе, я угощу вас всем, что пожелаете. И домой вы поедете на такси!

– За чей счет? – предусмотрительно поинтересовалась Кабанова.

– Я оплачу счетчик вперед, – пообещал Константин.

– Зачем тебе понадобились данные прислуги Решеткиных? – налетела я на Николашу, когда мы остались в своей компании.

– Потом объясню, если получится то, что я задумал, – отмахнулся Махонин. – Если же это не пройдет, то и говорить не о чем!

Костин посмотрел на меня.

– Едем к Владимиру?

Я подскочила.

– Конечно. Интересно, зачем он нас вызвал?

Мы вышли в коридор, спустились в паркинг и быстро доехали до клиники, которая находилась недалеко от нашего офиса.

Увидев наши удостоверения, девушка на ресепшен вызвала доктора. Тот не замедлил себя ждать и сразу перешел к делу.

– Добрый день, меня зовут Никита Сергеевич. Кто из вас Костин?

Володя протянул ему руку.

– Рад знакомству.

А я постаралась не рассмеяться. Если вы видите мужчину и женщину, то кто из них Владимир Костин? Уж точно не представительница слабого пола.

– Аня, выдай гостям экипировку, – велел Майоров.

Мы получили одноразовые халаты, шапочки, бахилы и пошли в глубь лечебницы.

– В нашей лаборатории, – говорил на ходу доктор, – выделили два лекарства, которыми отравили господина Маркса. Это не аптечные препараты, они используются только в больницах под наблюдением врачей. Дозировка тщательно рассчитывается. Как все лекарства, они имеют побочные эффекты. Со стороны нервной системы это часто неконтролируемая плаксивость, истеричность, депрессия, ненависть к себе, суицидальные настроения. По линии сердечно-сосудистой системы частые резкие скачки давления, тахикардия, проблемы с ЖКТ.

– Прекрасные средства, – усмехнулся Костин.

Майоров неожиданно согласился:

– Да. Они помогают тем, кому поставлены диагнозы галлюциноз, диссоциативная фуга, синдром отрицательного двойника…

– Это что за недуги? – растерялась я.

– Галлюциноз возникает по разным причинам, – начал объяснять врач, – при ясном сознании у пациента появляются различные видения. Ну, например, он беседует с человеком и вдруг приходит в ужас, потому что видит не хорошо ему знакомую личность, а, например, героя какого-то ужастика.

– Я не откажусь встретить Спонж Боба, – пробормотал Володя, – он мне нравится!

– Диссоциативная фуга, – продолжал Никита Сергеевич, – стирание из памяти того, что связано с личностью пациента. Фамилия, возраст, профессия, сведения о родителях, детстве – вся информация пропадает. При этом могут остаться сведения о прочитанных книгах, бытовых навыках. Больной знает, как пользоваться ножом, вилкой, но не может назвать имя матери, бабушки, которые его научили правильному обращению со столовыми приборами. Диссоциативная фуга может длиться один день, а может остаться надолго. Описаны случаи, когда она сохранялась на всю жизнь. Люди получали новое имя, отчество, фамилию, овладевали другой профессией…

Майоров остановился около двери.