Читаем Весь Мегрэ. Том 3 полностью

Не только он раздражал Мегрэ, но и тот оборот, который принимало дело, а особенно, может быть, та враждебная атмосфера, в которую он вдруг окунулся.

— Комиссар полиции будет здесь с минуты на минуту.

— Ты сказал ему, в чем здесь дело?

— Нет, я только попросил его привезти с собой врача.

— А в отдел установления личности позвонил?

— Да, Мерс со своими людьми уже выезжает.

— А в прокуратуру?

— Да, позвонил.

Кабинет был просторный и уютный. Хотя в нем не было ничего особенного, здесь чувствовался утонченный вкус, поразивший Мегрэ, как только он сюда вошел. Каждый предмет обстановки, каждая вещь были хороши сами по себе. И лежащий на полу старик с почти напрочь снесенной макушкой сохранял среди всего этого величественный вид.

Вернулся Кромьер в сопровождении старой служанки:

— Думаю, мне здесь делать больше нечего. Еще раз напоминаю вам, что необходимо быть осторожным и благоразумным. Тут не может быть и речи о самоубийстве, ведь в комнате нет никакого оружия. Вы со мной согласны? Вам нужно выяснить, была ли кража. Во всяком случае, будет очень нежелательно, если пресса поднимет шум вокруг этого дела…

Мегрэ молча смотрел на него.

— Если хотите, я вам позвоню, чтобы узнать новости, — продолжал молодой человек. — Возможно, вам понадобятся какие-нибудь сведения, тогда обращайтесь ко мне.

— Благодарю вас.

— В одном из комодов в спальне вы найдете письма, которые наверняка вас удивят. Это старая история, которую знают все на набережной Орсе, но она не имеет никакого отношения к сегодняшней трагедии. — Он уходил с явной неохотой. — Я полагаюсь на вас…

Старуха Ларрье пошла закрыть за ним дверь и вернулась уже без шляпы и сумочки. Она пришла не предложить комиссару свои услуги, а скорее следить за полицейскими.

— Вы ночуете в этой квартире?

Когда Мегрэ заговорил с ней, она не смотрела на него и, по-видимому, ничего не услышала. Тогда он повторил вопрос погромче. На этот раз она наклонила голову, повернув к нему здоровое ухо.

— Да, у меня есть маленькая комнатка рядом с кухней.

— А есть в доме другие слуги?

— Здесь нет.

— Вы занимаетесь уборкой и готовите еду?

— Да.

— Сколько вам лет?

— Семьдесят четыре.

— В котором часу вы видели хозяина последний раз вчера вечером?

— Около десяти.

— Он был в своем кабинете?

— Да.

— Он никого не ждал?

— Мне он ничего не сказал.

— А к нему кто-нибудь приходил иногда вечером?

— Да, его племянник.

— Где он живет?

— На улице Жакоб. Он антиквар.

— Его фамилия тоже Сент-Илер?

— Нет, это сын сестры хозяина. Его фамилия Мазерон.

— Ты записываешь, Жанвье?

— Утром, когда вы обнаружили труп… Вы ведь обнаружили его утром?

— Да, в восемь часов.

— Вам не пришло в голову позвонить месье Мазерону?

— Нет.

— А почему?

Она не ответила. Ее глаза, как у некоторых птиц, неподвижно смотрели в одну точку.

— Вы его недолюбливали?

— Кого?

— Мазерона.

— Это меня не касается.

Мегрэ понимал, что говорить с ней будет нелегко.

— Что вас не касается?

— Семейные дела.

— Племянник и дядя не ладили между собой?

— Я этого не говорила.

— Они друг друга понимали?

— Не знаю.

— Что вы делали вчера в десять вечера?

— Пошла к себе спать.

— А в котором часу вы встали сегодня?

— В шесть, как обычно.

— И вы не заходили в эту комнату?

— Мне нечего здесь было делать.

— Дверь кабинета была закрыта?

— Если бы она была открыта, я бы сразу заметила, что здесь что-то произошло.

— Почему?

— Потому что горели лампы.

— Как сейчас?

— Нет, люстра не горела, только настольная лампа и торшер в углу.

— Что вы делали с шести утра?

— Сначала умылась.

— А потом?

— Потом прибрала в кухне и пошла покупать круассаны.

— В квартире никого не было в это время?

— Как всегда по утрам.

— А дальше?

— Я приготовила кофе, позавтракала, а потом пошла с подносом в спальню.

— Постель была разобрана?

— Нет.

— Вчера вечером, когда вы отправились спать, на хозяине была эта же черная домашняя куртка?

— Как всегда по вечерам, если он никуда не уходил.

— А часто он уходил?

— Он любил ходить в кино.

— У него бывали друзья?

— Почти нет. Изредка он ходил пообедать в городе.

— Вы знаете по имени людей, с которыми он встречался?

— Это меня не касается.

В дверь позвонили. Это были районный комиссар и его секретарь. Он посмотрел на письменный стол, потом на старуху, наконец, на Мегрэ и поздоровался с ним за руку:

— Как это вы оказались здесь раньше нас? Это она вам позвонила?

— Ничего подобного. Она отправилась на набережную Орсе. Вы знали жертву?

— Да, это бывший посол, так ведь? Я знаю его по имени и в лицо. По утрам он прогуливался по улицам квартала. Кто это сделал?

— Пока ничего не известно. Я жду людей из прокуратуры.

— Врач вот-вот приедет…

Никто не прикасался к мебели и к вещам. Всеми владело чувство какого-то неудобства, и облегчение наступило, когда появился врач, который присвистнул, склонившись над телом:

— Полагаю, я не могу его перевернуть до прибытия фотографов?

— Даже не прикасайтесь к нему… Вы можете примерно сказать, в котором часу наступила смерть?

— Довольно давно… На первый взгляд часов десять тому назад… Любопытно…

— Что любопытно?