Читаем Весь Булгаков полностью

Мадлена. Всю жизнь грешила, мой отец. Была великой блудницей, лгала, много лет была актрисой и всех прельщала.

Шаррон. Какой-нибудь особенно тяжкий грех за собой помнишь?

Мадлена. Не помню, архиепископ.

Шаррон(печально). Безумны люди. И придешь ты с раскаленным гвоздем в сердце, и там уже никто не вынет его. Никогда! Значение слова «никогда» понимаешь ли?

Мадлена(подумала). Поняла. (Испугалась.) Ах, боюсь!

Шаррон(превращаясь в дьявола). И увидишь костры, а между ними…

Мадлена…ходит, ходит часовой…

Шаррон…и шепчет… зачем же ты не оставила свой грех, а принесла его с собой?

Мадлена. А я заломлю руки, Богу закричу.

Шаррон. И тогда уже не услышит Господь. И обвиснешь ты на цепях, и ноги погрузишь в костер… И так всегда. Слово «всегда» понимаешь?

Мадлена. Боюсь понять. Если я пойму, я сейчас же умру. (Вскрикивает слабо.) Поняла. А если оставить здесь?

Шаррон. Будешь слушать вечную службу.

Мадлена(шарит руками, как во тьме). Где вы, святой отец?

Шаррон(глухо). Я здесь… Я здесь… Я здесь…

Мадлена. Хочу слушать вечную службу. (Шепчет страстно.) Давно, давно я жила с двумя и прижила дочь Арманду и всю жизнь терзалась, не зная, чья она…

Шаррон. Ах, бедная…

Мадлена. Я родила ее в провинции. Когда же она выросла, я привезла ее в Париж и выдала ее за свою сестру. Он же, обуреваемый страстью, сошелся с ней, и я уже ничего не сказала ему, чтобы не сделать несчастным и его. Из-за меня, быть может, он совершил смертный грех, а меня поверг в ад. Хочу лететь в вечную службу.

Шаррон. И я, архиепископ, властью, мне данною, тебя развязываю и отпускаю.

Мадлена(плача от восторга). Теперь могу лететь!

Шаррон(плача счастливыми слезами). Лети, лети.

Ваша дочь здесь? Позовите ее сюда, я прощу и ей невольный грех.

Мадлена(выходя из исповедальни). Арманда, Арманда, сестра моя, пойди, архиепископ и тебя благословит. Я счастлива!.. Я счастлива!..

Лагранж. Я посажу вас в карету.

Мадлена. А Арманда?

Лагранж. Вернусь за ней. (Уводит Мадлену во мрак.)

Шаррон. Скажи, ты знаешь, кто был сейчас у меня?

Арманда(ужасается, вдруг все понимает). Нет, нет… Она сестра моя, сестра…

Шаррон. Она твоя мать. Тебя я прощаю. Но сегодня же беги от него, беги.

Лагранж(возвращается в полумраке, как темный рыцарь). Арманда, вам дурно?

…День. Приемная короля. Людовик, в темном кафтане с золотом, – у стола. Перед ним – темный и измученный Шаррон. На полу сидит Справедливый сапожник – чинит башмак.

Шаррон. На предсмертной исповеди она мне это подтвердила, и тогда я не счел даже нужным, ваше величество, допрашивать актера Лагранжа, чтобы не раздувать это гнусное дело. И следствие я прекратил. Ваше величество, Мольер запятнал себя преступлением. Впрочем, как будет угодно судить вашему величеству.

Людовик. Благодарю вас, мой архиепископ. Вы поступили правильно. Я считаю дело выясненным. (Звонит, говорит в пространство.) Вызовите сейчас же директора театра Пале-Рояль господина де Мольера. Снимите караулы из этих комнат, я буду говорить наедине. (Шаррону.) Архиепископ, пришлите ко мне этого Муаррона.

Шаррон. Сейчас, сир. (Уходит.)

Справедливый сапожник. Великий монарх, видно, королевство-то без доносов существовать не может?

Людовик. Помалкивай, шут, чини башмак. А ты не любишь доносчиков?

Справедливый сапожник. Ну чего же в них любить? Такая сволочь, ваше величество!